Калита был более прозаичен. Логика! Думал он. Логика нарушена! Зачем, спрашивается, Сидоровичу сидеть внутри Сердца Дыры. Ведь он обычный купец? Снабжал сталкеров оружием и боеприпасами. Скупал хабар. И что самое примечательное, как только открылась Дыра, тут же перебрался в нее. Зачем зря рисковать-то? Только разве что он мазохист? Но на мазохиста Иван Каземирович Сидорович не был похож.

Дорога, которая выбежала из хутора, обогнула холм и привела их лесополосе, за которой желтело подсолнечное поле. Поле было заброшенным, и вперемешку с подсолнечником на нем росли сорняки, исторгающие в воздух миллионы летающих семян. От этого казалось, что наступила не осень, а июнь и цветут тополя.

Калита едва растолкал приунывшего Жору, выспрашивая у него дорогу. Жора отвечал односложно, пребывая в прострации.

– О-о-о… – все понял Калита. – Ну-ка, хлебни!

Он заставил Жору выпить самогона.

– Ну, Андрей Павлович… – слабо отбивался Жора, хватая ртом воздух.

– Какой я тебе Андрей Павлович?! Сейчас по голове дам. Закусывай! – и вдобавок заставил проглотить ложку-другую консервированного паштета.

Жора давился, бормотал извинения и, вообще, нес полную околесицу о разбитом сердце. Калита слушал целую минуту.

– Хватит страдать! – приказал он. – Мы в двух шагах от цели, а ты думаешь о бабах!

– Она не баба… – жалостливо пробормотал Жора и покраснел.

– Ну ладно, ладно… – смилостивился Калита. – Это я так… пошутил. Показывай, где ты шел?

– Да вот за тем перелеском.

– Идешь за мной шаг в шаг. Смотришь под ноги. Хватит ворон считать!

– Слушаюсь, Андрей Павлович!

– По голове получишь!

Жора только воздохнул:

– Больше не буду…

Поле было бескрайним. Оно загибалось за горизонт. Кое-где на середине торчали купы деревьев – отличное место для засады или наблюдения, подумал Калита и приказал страдающему Жоре не высовываться на край перелеска. Его аромидная форма не адаптировалась к свету местности и больше подходила для болота и летнего леса, а не для осени и степи. Да, собственно, Жора и не рвался. Хорошо еще, что солнце позади нас, думал Калита, разглядывая купы деревьев в бинокль. Если там кто-то есть, пойду и возьму языка. Но судя по всему, за перелеском никто не наблюдал. А значит, вояж Жоры в деревню прошел незаметно, если в деревне вообще кто-то есть, рассуждал Калита. Эти его рассуждения были развеяны, когда они прошли километра два и увидели логово Сидоровича. Небольшая деревня лежала в излучине озера и была скрыта пышной шапкой садов. Место было очень удобным.

Калита опусти бинокль, и они тронулись дальше по хоженой тропинке. И вдруг Жора поведал: