ПДА выдал план ликвидации снайпера с импульсной винтовкой. Из пяти сидевших у костра трое были профессиональными военными. Епископ имел большой практический опыт, а Фунтик являлся природным самородком. Недостатки и достоинства затеи Зомби все оценили практически одновременно.

— Бросит позицию, уйдет в холмы, и будет вести огонь с дальней дистанции, — предложил возможный ответ врага Малыш.

Более опытные Кабан и Коротышка отрицательно замотали головой.

— Снайперская дуэль. У него два козыря — мощный ствол и хорошая позиция. Он наверху, наверняка, есть упоры для винтовки. А наши парни целятся вверх, солнце в оптике зайчики пускает, слепит. Руки от тяжести ходуном ходят. Нет, он встретит их на своей позиции.

— Кабан прав. Моя тоже так думай.

— Но го…

Майор резко пнул лейтенанта в щиколотку, поняв, что тот собирается назвать его господином майором.

— Ты, желтая собака, почему не налил чай белым господам?

— Полегче, приятель, — заулыбался Кабан. Внимание всем приятно, а уж такое ревностное.

Принялись за погрузку. Закончили неожиданно быстро. Личное имущество у каждого входило в небольшой рюкзак, а патроны и ящик с медикаментами много места не занимали.

— Новостей нет?

— Нет.

— Тогда ждем.

Недаром говорят, ждать и догонять труднее всего. Кабан взялся строгать палочку на манер бездельничающих ковбоев дикого запада.

Легче всего было пилоту. Залез на свое место и щелкал рычажками и тумблерами, готовился к полету. Второй китаец просто уснул. Что с них взять, подумал Епископ, простые работяги. И автоматы-то у них мелкокалиберные. Тут он был абсолютно прав. Сто двадцати зарядный автомат «Дюрандаль» являлся самым мелкокалиберным в мире. Стоил он примерно как «роллс-ройс» и на всей земле их было не больше сотни.

Проходившая по дороге компания сталкеров, увидев стоящий на пятачке вертолет, шарахнулась в сторону.

— Может, покричим, что свои, — предложил Кабан.

— Все и так в курсе, кто здесь. Мы вчера Фунтику по общему каналу отвечали, когда переговоры вели, — ответил Епископ. — Тут до заставы меньше километра, а там и до Чернобыля рукой подать.

Через две минуты мы догадались, что наш снайпер уполз, в прямом смысле. Прямо по битому стеклу. Нас это расстроило до слез, и мы кинулись вперед. Пришлось забирать чуть вправо, к пролому в железобетонном заборе. Сразу за ним оказался железнодорожный тупик с застывшими навсегда вагонами с углем. Здесь их застала катастрофа прошлого века и, брошенные людьми, они стали частью пейзажа.

Трудно поймать человека на заброшенном хозяйственном блоке. Несколько зданий, десятки комнат, тупики, крыши и подвалы. Нужна помощь.