— А, пришли наконец-то, — раздался голос Сергея Ивановича. Оказывается, он уже пришёл и даже успел сесть в кресло напротив меня.

Сидят они с Нестеровым напротив меня, будто на допросе, а за спиной моей стоят те двое, что привезли меня сюда. А ведь и вправду сейчас мне допрос устроят. С пристрастием.

— Итак, начнём по порядку, — Сергей Иванович откинулся на спинку кресла. — Меня сейчас даже не интересует, как вы смогли обмануть все наши камеры, как сумели обездвижить три десятка наших работников и где вы были всю эту неделю. Меня сейчас интересует только одно, как вы связаны с ООВ?

— С чем? — не сразу среагировал я, потому что был слегка ошарашен перечислением якобы моих подвигов. И им даже не интересно, почему меня так запросто взяли или почему я спокойно хожу по улицам днём? Странно.

— С ООВ. Только не говорите, что не слышали, — грозно ударил своей лапищей по ручке кресла Нестеров. Ручка была мягкой, и должного эффекта явно не вышло.

Что-то знакомое. Точно что-то знакомое, но у меня и так в голове сейчас каша.

— Не скажу, — честно сказал я. — Я слышал, но вот где, не помню.

Нестеров чуть с кресла не упал, если такое вообще возможно.

— Да я тебе…

— Спокойно, — терпеливо осадил нервного профессора Главный. — Ты не нервничай, — он вновь повернулся ко мне, — ООВ — это Открытое Общество Ведьм. Не слыхал?

— Ах да, — вспомнил я записку под пирогом, но тут же замолк, поняв, что проболтался.

Хотя в чём я-то виноват? Я могу честно всё им рассказать. И как попал в милицию, и как потерял сознание в камере, и как очнулся сегодня утром в своей квартире, ничего не помня о прошедшей неделе. Всё по-честному? Ну, почти всё.

— Вспомнил, значит, — с непонятной интонацией произнёс Главный. — И что же?

Я пожал плечами.

— Я мог бы по порядку, но я коротко расскажу, потому что тут и рассказывать-то особо нечего.

— Давай, давай, — подбодрил Главный. — Сначала коротко, а там посмотрим.

Я кивнул, дескать как пожелаете.

— Я начну с того момента, как вы ушли от меня, — предупредил я и, не встретив возражений, продолжил: — Сразу после вашего ухода я собрался и пошёл в магазин. По пути меня остановил мен… милиционер, и в результате я оказался в КПЗ. — Нестеров с Главным как-то странно переглянулись. — Там у меня забрали мои вещи, деньги и оставили в гордом одиночестве. В камере мне отчего-то стало плохо, и я потерял сознание. Очнулся я сегодня утром дома. Ничего не помню, одет аккуратненько, на столе пирог яблочный, а под пирогом вот это.

Я достал из кармана записку.

Главный взял её, внимательно изучил и передал Нестерову. Тот неопределённо хмыкнул, и их внимание вновь обратилось на меня.