— Ну что ж, сегодня обряд нам дался легче, чем в прошлый раз, — произнёс один из тройки, скинув капюшон. Под капюшоном оказалось лицо отставного военного с характерным непробиваемым выражением лица.

— Да, и сил он дал нам намного больше, — ответила другая фигура, откинув капюшон, закрывавший красивое женское лицо.

— Неужели нам нужна вся эта показуха? — устало спросил третий, так и не снявший своего капюшона.

Во время разговора остальные десять фигур, закутанных в балахоны, удалились, не проронив ни слова.

Женщина брезгливо проводила взглядом последнего вышедшего из зала человека и со злобой спросила:

— Когда же мы сможем наконец обходиться без этих… — Она молча кивнула в сторону закрывающейся двери. — Ладно, мы сейчас не об этом.

— Да, не об этом, — согласился человек, так и не открывший своего лица. Он повернулся к военному. — Вот объясни нам с Вельмой ещё раз, почему ты выбрал в качестве тринадцатого именно того парня? Кто он тебе?

— Да, да, объясни нам, Константин. Объясни, а мы попробуем поверить, — скривила губы в кривой усмешке девушка.

Константин глубоко вздохнул:

— Я вам уже не один раз объяснял, что его лицо кажется мне очень знакомым, как будто я его знал когда-то. Когда я встретил его в метро… мне показалось, что я что-то вспомнил. Как будто я знал его в прошлой жизни.

Девушка усмехнулась:

— Это мы уже слышали не раз. Ты пытаешься нас уверить, что ты выбрал его только потому, что он показался тебе знакомым? Никаких проверок, никаких испытаний и никаких привязок кровью ты не делал. Если бы я не надела на него перстень, он вообще мог бы исчезнуть бесследно где-нибудь в Европе.

Человек в капюшоне захохотал.

— Если бы ты не надела на него перстень, то он бы не смог надавать по шее Константину и перебить все наши искусственные сущности.

— Не забывайся! — тихо, но отчётливо произнёс Константин. — Ты забыл, что произошло с последним человеком, который посмел зубоскалить надо мной?

Человек в капюшоне тут же перестал смеяться.

— Да я над Вельмой смеюсь, — поспешил он оправдаться.

— Смотри у меня, — Константин повернулся к девушке: — А что касается тебя, то никто перед тобой оправдываться не собирается. Мала ты ещё, чтобы перед тобой оправдываться.

На этот раз девушка не рискнула спорить. Она знала, что, когда Константин в таком настроении, лучше ему под руку не попадаться. Пока. А если всё, что она запланировала, пройдёт успешно, вот тогда она будет говорить с Константином уже в другом тоне.

— Что там с этим их Агентством? — спросил Константин. Название конторы прозвучало в его устах более чем пренебрежительно.