Началось всё как обычно. Бредовые отрывки сонной чуши вперемежку с обрывками событий прошедшего дня: злорадный смех Вельмы, глаза Ланы, полные слёз. Потом — Лана стоит над могилой. Я откуда-то знаю, что это моя могила.

Обычный сон. Но потом всё пошло как-то не так.

Появилось ощущение, будто я просыпаюсь. Но я не мог проснуться, ведь окружающее всё так же нереально! Вокруг тёмные стены, ни единого окна, ни единой щёлки или трещинки. Почему-то именно это помещение меня напугало куда больше, чем всё прочее, в том числе и видение собственной могилы.

Я видел себя как бы со стороны, как это обычно бывает в снах, и уже одного этого хватало, чтобы понять, что я всё ещё сплю. Но что-то в этом сне было не так. Обычно каким-то уголком сознания ты всегда знаешь, что это сон. Именно твой сон, потому что… не знаю, как объяснить, но сон именно твой. А здесь было что-то тёмное и чуждое. Как будто кто-то злой ворвался в мой сон и творит, что хочет.

— Виктор! — раздался знакомый мне голос.

Я быстро обернулся и увидел… зеркало. То самое, что стояло в моей «камере заключения» во Дворце. Моё отражение игриво подмигнуло мне.

— Соскучился? — вновь послышался знакомый голос. Собственно, это был мой голос.

— А чего ты в зеркале? — вместо приветствия спросил я, так и не поняв, что же происходит.

Зеркало треснуло посередине, и по нему побежали трещины. Я не успел даже отскочить, как оно развалилось и упало на пол мелкими осколками.

Только не говорите, что я опять виноват. Опять я что-то не то сказал.

— Так лучше? — раздалось из-за спины.

Я, уже не торопясь, вновь повернулся, и моему взору предстал я сам, сидящий в чёрном кожаном кресле. Если учесть, что во сне я всё видел как бы со стороны, то выглядело всё как странный фарс.

— Вельхеор? — не очень уверенно спросил я.

— А то кто же, братишка! — вскричал Вельхеор и толкнул меня в грудь.

Я нелепо взмахнул руками и упал… в мягкое кресло.

— Мне почему-то кажется, что ты меня вспоминал недавно, — деловито уточнил он.

— Было дело, — не стал отпираться я. — А ты откуда знаешь?

Вельхеор улыбнулся, и я впервые обратил внимание на то, что из-под верхней губы у него торчат очень изящные клыки.

— А как, по-твоему, я сюда попал?

— Куда? — уточнил я.