— Идиот, — вновь заорала Ведьма и зашептала всё ту же тарабарщину. — Я и так на тебя уже чёрт те сколько сил извела, а он всё балуется. Если ты не сделаешь, о чём я прошу, то…

Её лицо на секунду расплылось, как будто у меня расфокусировался взгляд, а спустя секунду на меня смотрела Лида. Точно Лида. Даже выражение глаз такое же задорное и весёлое…

— То она и многие другие твои знакомые, скажем так, пострадают.

Ах ты… тварь такая. Так. Спокойно, не нервничать. Я всё понял, я согласен.

— Я всё понял, я согласен, — будто робот сказал я.

Ну ты меня достала. Я тебе всё испорчу. Ещё не знаю как, но испорчу. Обязательно. Ты ещё не знаешь, насколько я злопамятный.

— Вот и отлично, — произнесла «Лида».

Чёрт, даже голос её.

Она прикусила губку:

— Интересно, а если бы я сегодня утром пришла к тебе в таком виде, ты был бы благосклоннее?

Меня невольно прошиб пот. Да уж, что бы было тогда, боюсь даже представить. Говоришь девушке, которая тебе нравится, что ты её любишь, а она превращается в смеющуюся издевательским смехом ведьму. Я бы, наверное, в окно выбросился… ах да, там же решётки были…

Я решил больше не разговаривать. Никакого желания нет, вот честное слово смертника.

Вообще-то странно. Зачем я ей нужен? Неужели нет другого способа отвлечь от чего-то этого Колдуна… или как там его… Константина. Зачем со мной столько нянчиться? А? Словно ни меня ещё из Агентства выкрали. Зачем, спрашивается? Неспроста это. Видимо, она темнит и не говорит всей правды. А то и вовсе врёт. Когда приедем туда, нужно держать ухо востро. Кстати, если мы едем всё в то же здание, то почему там было пусто, когда я туда приезжал? И, по словам Сергея Ивановича, когда они меня оттуда забирали, не было там никаких намёков на комнаты и зал.

Как всегда, миллион вопросов и ни одного ответа. Хотя, безусловно, многое уже прояснилось.

— А что со мной случилось? — не удержался я, вспомнив о Вельхеоре. — Что со мной было до того момента, как я очнулся, съел чёртов пирог и прочитал вашу записку?

— Ты был в коме, — обернулась ко мне Вельма.

— Это, в общем-то, понятно. А почему я был в коме? — не сдавался я.

Вельма задумалась на несколько секунд, которые показались мне часами.

— Есть такой ритуал, называется «изгнание души», — наконец ответила она.

— Изгнание души? — переспросил я.