— Ты уже и эту жизнь можешь считать прошлой, — сказал Вельхеор, плавно опускаясь на пол перед Колдуном и ощерив клыки.

Я согласно кивнул каменной головой, издав очередную серию скрежетов и хрустов.

— Ведь ты не Виктор Светлов, я правильно понимаю? Ты кто-то другой, занявший его тело.

Я поднял свой полутонный кулак и потряс им перед собой, показывая, что пора заканчивать болтовню и раскатывать этого засранца по каменному полу в три слоя.

— Подожди-ка, — отмахнулся от Колдуна Вельхеор. — Тут мой друг что-то жаждет тебе сказать.

Ох как жажду. Что он тут с ним рассусоливает? Этот Колдун уже столько напакостил, что его сразу…

— …давить нужно, а не слушать его бредни, — неожиданно услышал я свой голос.

— Так-то лучше, — обрадовался Вельхеор, и я только сейчас понял, что, пока я вёл внутренние монологи, он производил передо мной какие-то пассы. Наколдовал, выходит.

— А это, надо думать, сам Виктор Светлов, — отчего-то обрадовался Колдун.

— Он самый, — грозно рявкнул я. — И я тебя щас тут затопчу просто на месте. Будешь знать, как Посвящения некачественные устраивать.

— Ах да, это ведь ты из Посвящения чёрте что устраиваешь, да ещё в этом мире, совершенно не готовом к внедрению Искусства, — опомнился Вельхеор. — А у тебя лицензия от Международной Ассоциации Искусства есть?

Ну вот, опять. Вельхеор какой-то странный вообще-то. Свихнулся, должно быть, из-за своих скитаний, когда он духом бесплотным был. Какое-то у него поведение неустановившееся, то туда, то сюда. Вот и непонятно, шутит он сейчас или действительно этой чёртовой лицензией озабочен.

— Какое разрешение, когда я всего лишь воссоздавал то, что видел несколько сот лет назад, — неожиданно начал оправдываться Колдун.

Сколько лет?! Э-э-э… да у мужика крыша поехала. От страха, что ли?

— Это где ты такое видел? — подозрительно осведомился Вельхеор, и у меня возникло такое ощущение, что вампир ему верит. С чего бы вдруг?

— Слушай, давай его быстренько по стенкам размажем, и по домам, — решил я внести ясность в наши намерения.

— Слушай, ты чего такой кровожадный стал, а? — удивился Вельхеор. — Это ты от меня, что ли, нахватался? Или с Кельнмииром переобщался? С чего столько злости?

— С того, что меня тут травят, бьют, в меня стреляют, мне угрожают, меня даже унижают. И после этого я должен прикидываться ангелочком? — огрызнулся я.

— В чём-то он, конечно, прав, — неожиданно согласился Колдун.

— Значит, мы тебя сейчас… того? — Я с надеждой посмотрел на Колдуна.