— А почему именно такой? — ударил я кулаком по алтарю, и он явственно хрустнул, но пока что остался цел. — Почему было не выбрать эротику, а? Я бы порадовался. Или там любовный роман? Почему фантастика?!

Я чуть ли не сорвался на крик. Шутка ли, кто-то играет с тобой как с оловянным солдатиком.

— Так ведь это неинтересно, — подал голос Вельхеор. — Я правильно понял?

Колдун радостно кивнул.

— Значит, — ещё больше распалился я, — ты тут сюжетец развиваешь, да? А ты у нас, я полагаю, герой?

— Я? Э нет. — Колдун брезгливо поморщился. — Тошнит меня уже от этого героизма. Захотелось вот мне злодея сыграть. Никогда не играл, а тут вот захотелось вдруг.

— А ты у него, выходит, герой, — хлопнул меня по каменному плечу Вельхеор. — Тебе это должно льстить.

— Ага, весь мир театр, — пробурчал я, — а люди в нём актёры. Но у меня вопрос такой: а кто же режиссёр?

На время воцарилась тишина, а затем послышались одинокие аплодисменты. Хлопал Колдун.

— Зришь в корень.

— Вот и ладушки, — потёр руки Вельхеор. — И какой же конец у этого романа?

— Печальный. Ведь это же «современный» роман. А в современности чаще побеждают силы зла, нежели света.

— Но не в данном случае, — напряжённо, чуть ли не по слогам произнёс Вельхеор, буравя Колдуна острым взглядом.

— Не в этом, — вздохнул Колдун. — Под влиянием непредвиденных обстоятельств придётся закончить роман хеппи-эндом.

— Так бы и сразу, — кивнул Вельхеор. — Пора мне уже. Дела, знаете ли.

— Но у меня есть условие, — поспешил добавить Колдун.

— Какое это условие? — чуть ли не в один голос проговорили мы с Вельхеором.

— Объясни мне, где я тебя видел?

Мы с Вельхеором переглянулись. Вернее, он бросил взгляд на мою каменную голову, я-то и так смотрел на него.

— Меня? — одновременно спросили мы.