— Какой бы маршрут мы ни избрали, — начал он, — Окирая нам не миновать — его гравитационное поле необходимо для разворота. Однако то же самое справедливо и в отношении противника… — Он вывел на карту увеличенное изображение планеты с гладкими кривыми возможных траекторий. — У наксидов выбор вообще минимален — слишком уж они разогнались. Вот я и подумал: что, если разместить здесь, в критической точке разворота, наши ракеты?
Леди Чен с сомнением взглянула на карту.
— Они засекут их и вовремя уничтожат, только и всего.
— Дело как раз в том, миледи, — оживился Мартинес, — что совсем не обязательно увидят… За нами следуют одиннадцать ложных целей, замаскированных под вражескую эскадру. Запустив навстречу дополнительные ракеты, мы создадим мощный щит, который исключит всякую видимость.
Флетчер открыл было рот, но Мартинес опередил его:
— Конечно, нашим ракетам потребуется сначала погасить начальную скорость, затем ускориться и достигнуть точки перехвата. Обычно это дает противнику возможность подготовиться, но в данном случае…
В столовой наступила тишина. Все трое разглядывали карту.
— Очень трудно рассчитать время, — проговорил наконец Флетчер.
Мартинес кивнул.
— Совершенно верно, милорд. Очень трудно.
Флетчер с сомнением покачал головой. Леди Миши прищурилась, в глазах ее мелькнул интерес.
— Пожалуй, этот план стоит обдумать как следует.
Когда отужинавший посменно экипаж устроился в креслах, прозвучал сигнал невесомости и «Прославленный», а с ним и вся эскадра, произвел новый разворот, чтобы начать торможение при одном g.
«Рассчитать время…» Мартинес проводил час за часом у тактического дисплея, выверяя скорости, направления и траектории. План и в самом деле требовал чрезвычайно точной подгонки. Эскадра уже выпустила залп из шестнадцати ракет по группе ловушек, направлявшихся навстречу с Окирая. Лазерным батареям так и не удалось ни одной сбить, и, согласно замыслу Мартинеса, торможение якобы давало лоялистам возможность обследовать неизвестные цели на случай, если это корабли противника, и подготовиться к встрече.
Миши сняла экипаж с боевых постов и возобновила нормальную смену вахт: ракетам предстояло лететь ещё не один час. Мартинес продолжал наблюдения. Заметив залп, эскадра мятежников приглушила двигатели, чтобы выяснить, против кого он направлен. Ускорение возобновилось через двенадцать минут. Что интересно, все остальные наксидские объекты в разных концах системы Протипана в точности воспроизвели маневр. Едва свет от ракетного залпа достигал их, они сбрасывали ускорение, а ровно через двенадцать минут включали. Не получи лоялисты информацию от Северина, они едва ли смогли бы отличить ловушки, следы которых отлично имитировали факелы боевых кораблей, от вражеской эскадры.