Сула вздрогнула, первой заметив грузовик, вывернувший из-за угла по боковой улице. Неповоротливый двенадцатиколесник медленно въехал под мост и там остановился. На лбу девушки выступил пот. Внезапно захотелось сорвать шлем и вдохнуть всей грудью прохладный утренний воздух. Она знала, что на другой стороне шоссе в такой же квартире капитан-лейтенант Хонг стоит у окна с пультом в руке.

В углу внутришлемного дисплея замерцал красный огонек. Шоссе стремительно пустело, машины тормозили и выстраивались у выездов, ожидая своей очереди — дорожные компьютеры расчищали путь.

Вдали за окном показались новые огни, их было много. Приглядевшись, Сула опознала проблесковые маяки полицейских машин. Прижавшись щитком шлема к стеклу, она наблюдала, как целая вереница огней ползет по всем шести полосам шоссе, образуя сплошную массу. Через несколько минут мимо уже текла настоящая река, выплескиваясь из берегов, оставляя вдоль шоссе посты через каждые несколько сотен шагов. Из машин выскакивали полицейские-наксиды в черно-желтой форме, шлемах и бронежилетах и проворно расползались в обе стороны, извиваясь всем телом и образуя непрерывную цепь. Специальные комбинезоны вспыхивали цветными искрами, дублируя безмолвный язык чешуи. В передних конечностях каждый держал автоматическую винтовку.

Вот и все, подумала Сула. Даже если взрывной заряд сработает, о дальнейшем не может быть и речи. Их слишком много. Только под окнами дома она насчитала больше наксидов, чем было людей во всей группе Бланш, а машины все прибывали, высаживая новых и новых.

Сейчас в наушниках прозвучит приказ отходить… где же он? Неужели Хонг не понимает, что шансы равны нулю? Сула сорвала шлем и рукавом смахнула со лба пот. Отправить сообщение Хонгу? Она представила его презрительный взгляд… Нет, лучше ещё подождать.

Сула быстрым взглядом окинула комнату. Макнамара молчал, нервно сжимая и разжимая кулаки, готовый взяться за пулемет. Шона Спенс, смертельно бледная, смотрела так, словно мечтала оказаться в одном из своих любимых романтических сериалов, где конец обязательно оказывался счастливым.

А она сама? Ведь ей ни разу в жизни не приходилось вести людей в бой. С наксидами приходилось драться, полагаясь лишь на себя и на ракеты. У ракет нет плоти, нет сердец, с ними все просто и ясно. Это не Спенс, не Макнамара… не супруги Гуэй, чья дочка все ещё следит за игровым экраном внимательными глазами, которым вскоре предстоит наблюдать кровавую бойню… Нет, лучше быть в таком деле одной. Собственная жизнь не стоит ничего, ответственность за других — ноша куда более тяжелая.