— Пожалуй, — снова кивнул Грейджин.

— Так вот, если придут… — Она протянула газету. — Не могли бы вы положить это на подоконник, чтобы было видно снаружи?

Грейджин взял белый пластиковый листок.

— На подоконник, вы говорите?

— Да. Можете держать где-нибудь рядом, а когда они появятся, незаметно передвинуть.

Старик, с трудом передвигая ноги, двинулся на кухню. Подойдя к подоконнику, он пристроил газету между стеклом и горшком с престарелым фикусом.

— Вот так, миледи?

— В самый раз, — улыбнулась Сула. — Но только если придут наксиды.

— Да, конечно, я понял. — Он вытащил газету и заткнул под горшок. — Пока пусть лежит здесь.

— Огромное спасибо, господин Грейджин.

Он пожал плечами и откусил ещё кусок лепешки.

— Не за что, миледи, это не трудно.

Сула достала из кармана монету в двадцать зенитов и положила на тарелку.

Старик вытаращил глаза.

— Двадцать зенитов? Вы не ошиблись, миледи?

Он в жизни не видел столько денег сразу, подумала Сула.

— Все правильно, — серьезно кивнула она. — Теперь вы работаете на правительство. Законное правительство.

Несколько секунд Грейджин любовался золотым чудом, лежавшим на тарелке, потом взял монету и сунул в карман.

— Я всегда мечтал о государственной службе, — усмехнулся он беззубым ртом. — Только образования не хватило.