* * *

Сегодня воинов кормили обильно и вкусно, как никогда. Каждому было дано по полтушки дикого зайца с миндалевой подливкой, сколько угодно пирога и по целому кувшину багряного вина. А на десерт они могли лицезреть прекрасных русоволосых атланток, прибывших сюда для поднятия духа воинов.

Воины были веселы и беззаботны. Но веселье их отдавало истеричинкой. Таков бывает пир во время чумы, когда знаешь, что этот глоток вина может оказаться последним. Но воины были молоды и смеялись. И Этна и Леда смеялись вместе с ними.

Они сидели в небольшой, немного сумрачной обеденной зале. Столы, рассчитанные на целую сотню каждый, вкусные запахи кухни и пекарен, негромкий приятный гул. Все это настраивало на умиротворенный лад, словно предлагая забыть, что где-то, уже совсем неподалеку, маршируют колонны кемтян и взбунтовавшихся атлантов, плывут пиратские эскадры. Беспечность, губившая правителей и народы. Беспечность, превращающая в тлен цивилизации.

Расслабилась Леда, перекидывающаяся фривольными шуточками с молодыми воинами, что глазели на нее с нескрываемым восторгом в маслянящихся глазах. Этна держалась чуть построже, но тоже вполне благодушно. Усадив рядом с собой огромного гвардейца телохранителя по прозвищу Бум, она откровенно любовалась его раздутыми мускулами, словно случайно касаясь бедром массивной ноги. Остальные гвардейцы, оставив оружие у стен, беззаботно пировали.

Нападение произошло внезапно. Над столом вдруг засверкали мечи и пролилась кровь. Четверо из восьми телохранителей умерли мгновенно. Рядом с каждым из них сидел убийца, по сигналу вонзивший меч в бок своему соседу. Кинжалом ударили и Бума, но пласт боковых мышц гиганта отразил этот удар, а через мгновение Бум хватил своего обидчика кулаком по голове, сломав его шею.

В зале поднялась суматоха. Новобранцы бросились к выходу, сметая и заговорщиков, и уцелевших телохранителей. Сквозь гул испуганных голосов прорезался крик архонта полка — старикана со смущенными глазами и мягкими приятными манерами.

— Вы ослепительны! — сказал он при встрече Леде, галантно целуя руку.

Теперь же он визжал грубым, режущим слух воплем:

— Перерезать этих сучек!

Прокладывая себе дорогу ударами мечей, убийцы бросились к атланткам, пытаясь поразить Бума и какого-то молодого воина, преградивших им путь. Так и не добравшись до своего меча, Бум орудовал утварью, подхваченной им со стола.

Огромное парадное блюдо служило щитом, а чаши и кубки — метательными снарядами. Воин, явно знакомый с приемами большеухого народа Черного континента, ловко орудовал ногами.