Место, где располагались лаборатории, было выбрано с умом. Подальше от городов и таким образом, чтобы можно было легко контролировать подступы. На начальной стадии никто не знал, что такое из оборотней получится. Одно дело — теория, другое — практический результат, и от густонаселенных районов старались держаться подальше. Еще не хватало, чтобы вырвалось на волю не слишком приятное творение с жаждой крови.
В древности здесь явно было множество вулканов, изливавших раскаленную лаву. За миллионы лет ветры и вода сгладили острые края и уменьшили перепады в горах, но и сейчас осталась дикая неразбериха из обрывов и скал, настоящий лабиринт, где после совершенно голых камней можно было выехать в долину, заросшую зеленью. Наверняка тут было несколько дорог, но основная трасса, приспособленная под тяжелые грузовые машины, была только одна и при желании легко перекрывалась. Хорошо еще, что наши армейские машины были на воздушной подушке и с высокой проходимостью. Обычный энергетический транспорт обязательно застрял бы здесь.
Еще до всех этих событий о здешних местах ходили слухи про сбежавших из биологических лабораторий экспериментальных животных, прячущихся в горах. Мои оборотни всегда это отрицали, но не очень удивительно было бы, если бы теперь такие появились. Впрочем, нас никто не тревожил, пока мы не подъехали практически вплотную. Тогда оказалась, что охрана все-таки была.
Мы были правы, когда надеялись встретить своих. Вот только мои надежды не сбылись. До комплекса вирус добрался, и живых людей не было. Было несколько сотен щенков и женщин, пару десятков оборотней охраны и еще почти два десятка оборотней, работавших в этих же лабораториях, причем некоторые на вполне приличных должностях, с высшим образованием и весьма опытные. Я, признаться, изумился — я достаточно много общался с оборотнями, чтобы не удивляться их уму, но даже не подозревал про ученых оборотней. Они изначально создавались под определенную задачу. И задача эта — война.
А здесь мы обнаружили целый выводок специалистов по медицине, и не сказать, чтобы они сильно нам обрадовались. То есть они, конечно, были рады соплеменникам, но здешняя жизнь и иерархия подчинения давно устоялась, и мы в нее не вписывались. Впрочем, ни нам, ни им деваться было некуда, и со временем все утряслось. Была выработана форма триумвирата власти, когда один отвечал за науку и медицину, другой — за хозяйственную деятельность и третий — за военные действия. Серьезные решения, касающиеся всех, принимались на совместном собрании.