Все еще шел холодный дождь, и они за несколько секунд. Лампы стоянки автомашин бросали грубый желтый свет на оставленные автомобили. Джош почувствовал, как на нем начинает сказываться изнеможение. Свою тачку они обнаружили опрокинутой, их припасы были частично украдены, частично разбросаны вокруг. Их сумки и пожитки унесли, в том числе и куклу Свон — Пирожкового Обжору. Свон посмотрела вниз и увидела несколько карт Таро Леоны, лежащих на мокрой мостовой, и осколки хрустальных шаров из ее коллекции. У них не осталось ничего кроме насквозь промокшей одежды, прилипшей к их телам.

Свон взглянула назад, на «Торговый Дом К», и почувствовала прикосновение ледяной руки ужаса.

Они выходили из дверей. Десять или одиннадцать фигур под предводительством человека в пурпурном одеянии, которое развевалось вокруг его плеч. Некоторые из них несли винтовки.

— Джош! — крикнула она.

Он продолжал идти примерно в десяти футах впереди и не слышал ее из-за бури.

— Джош! — закричала она снова, и потом пробежала отделявшее их расстояние и ударила его по спине Плаксой.

Он обернулся, их взгляды встретились — а потом он тоже увидел их, выходящих. Они были в тридцати ярдах, передвигаясь зигзагами между машинами. Вспышка выстрела винтовки, и заднее ветровое стекло «Тойоты», стоявшей за Джошем, разбилось.

— Вниз! — закричал он, сбивая Свон на мостовую. Когда он схватил Леону, вспыхнули еще несколько огненных точек. Еще одно ветровое стекло машины разлетелось, но к тому времени Джош, Свон и Леона съежились под прикрытием синего «Бьюика» с двумя спущенными шинами.

Пули рикошетили, вокруг них осыпалось стекло. Джош припал к земле, выжидая, когда ублюдки подойдут поближе, прежде чем он поднимется и выпустит последнюю пулю.

Рука сжимала ствол дробовика.

Лицо Леоны было напряженным и утомленным, но пыл жизни сиял в ее глазах. Она твердо схватила дробовик, пытаясь оттащить его от него. Он сопротивлялся, покачав головой. Потом заметил кровь, текущую из уголка рта Леоны.

Он взглянул вниз. Пуля вошла прямо под ее сердце.

Леона слабо улыбалась, и Джош с трудом смог разобрать, что она говорила, по движениям ее губ:

— Иди. — Она кивнула по направлению к далекому пространству заметаемой дождем автостоянки. — Сейчас, — сказала она ему.

Он уже видел, сколько крови она потеряла. Она тоже это знала: это было заметно по ее лицу. Но она не отпустила дробовик и заговорила снова. Джош не смог ее расслышать, но представил себе, какие это могли бы быть слова: «Сохрани дитя».

Дождь струился по лицу Джоша. Им нужно было бы много сказать, слишком много, но не один из них не мог слышать другого из-за шума бури, да и слова были слабы. Джош взглянул на Свон, увидел, что она тоже увидела рану. Свон подняла взгляд на Леону, потом на Джоша, и узнала, что было решено.