Кошкин слегка побледнел и зачастил:

— Вы не поняли — этот парень не так прост. Его не вдруг и зацепишь. Официальная работа для него не главное. Я узнавал. Платят ему там гроши, а живет он не бедствуя. Можно было, конечно, натравить на него налоговую, но у меня нет доказательств, и мне неизвестен главный источник его доходов…

— Ну на подобные случаи имеются частные детективы.

— Да, но мне этого мало! Мне нужно устранить его… полностью. Вы меня понимаете?

Дробышев чуть искривил губы в усмешке, но качнул головой:

— Нет, Олег, не понимаю. Не понимаю, при чем здесь я. Этот человек — твоя проблема, и решать ее тебе. Так ты, по крайней мере, покажешь нам, на что способен без нашей помощи. Дам тебе только пару советов. Первое: для окончательного решения подобных вопросов тоже имеются свои специалисты. При наличии денег, некоторых контактов и мозгов их легко можно разыскать. И второе: не вздумай заниматься этим до выборов. Ты сейчас под прицелом прессы и твоих соперников. Они готовы на многое, чтобы вытащить из твоего шкафа скелет, два или три — сколько получится. Если твоя грязная возня поставит под угрозу главную цель, тебе этого не простят. И даже я тут ничего не смогу поделать.

Кошкин помрачнел и опустил глаза.

— Я все понял, Виктор Аркадьевич, только вы еще не все о нем знаете.

— А ты уверен, что мне нужна эта информация?

— Полагаю, что она будет вам небезынтересна.

Дробышев опять взялся за трубку.

— Выкладывай. Только постарайся покороче.

— Так вот, у него имеются некие паранормальные способности. Он — колдун, экстрасенс или черт его знает кто еще!

Виктор Аркадьевич даже замер с трубкой в руке.

— Это что, шутка такая, Олег?

— Вовсе нет. Поверьте, я бы не стал тратить ваше время на всякие небылицы.

— Тогда будь добр, перейди к фактам.

— Еще год назад мы с ним работали в одной конторе. Он был стажером адвоката, а я уже младшим партнером. У нас вышел личный конфликт.

— Из-за чего?

— Из-за женщины. Я на него тогда наехал, а он… Черт, до сих пор вспоминать страшно!