Мы остановились.
– Хозяин, – прошептал Ньюк. – Мы принесли их. Принесли новичков. Теперь ты отпустишь нас?
Я открыл глаза.
Боль и тупая усталость накатили на меня, пожирая силы.
Передо мной росло согбенное дерево. Крона его накренилась, ветви тянулись вниз. В центре ствола набухал, пульсируя, человеческий мозг.
Два человека стояли по обе стороны от дерева.
То были Ньюк и Греко, – другие, не те, что привели нас сюда. Они исхудали, кожа стала мертвенно-серой. Лица застыли, словно у мумий. Лишь слабое, едва различимое дыхание говорило о том, что люди еще живы.
Корни поднимались глубоко из земли, обвивая их ноги, прижимая руки к бокам.
– Ты отпустишь нас? – повторил Ньюк, – тот, что держал меня.
Он пошатнулся.
Тело его стало стремительно гнить.
Куски мертвой плоти отваливались от черепа. С влажным шлепанием упала одна рука.
– Да, – отвечало Дерево.
Ноги у сталкера подкосились. Он захрипел, и тяжело упал на колени.
Гнилая шея хрустнула, и порвалась. Голова зомби оторвалась, и упала в грязь. Смрадная кровь и кусочки внутренностей хлынули из обрывков шеи.
– Я тебя отпущу, – произнес хозяин.
Мертвец скорчился, кучей гниющей плоти.
И в то же мгновение, как жизнь покинула зомби, – открыл глаза другой Ньюк, тот, что стоял справа от Хозяина.
– Мы сделали, что ты приказал, – хрипло произнес он. – Привели