– Гляди, – пробормотал я. – Это Вацлав.

Питбуль нахмурился.

– Здесь мы не сможем его убить. Деранторов тут все любят. Смотри, как на него смотрят.

Вацлав шел среди людей, – как святой, как бог; люди расступались, многие кланялись, другие осеняли себя крестным знамением.

И было видно, – что движет ими не страх, а глубокое, искреннее почтение, какого всегда в избытке, на дне сердец у слабых, жалких людей.

– Никогда не понимал этого, – пробормотал Питбуль. – Все же знают, деранторы против сталкеров.

– Бедняки всегда любят тех, кто против, – заметил я. – Даже если это против них самих.

Стервятник повертел головой.

– Слышьте сюды, – сказал он. – Ничего вам обещать не могу. Но с нужными человечками погуторю. Если все тип-топ, то вас позову. А ежели нет…

Сталкер красноречиво пожал плечами.

– Надеюсь, вы успеете смыться, прежде, чем вас замочат.

Стервятник хлопнул Питбуля по плечу, и направился дальше, протискиваясь сквозь толпу.

– Куда это он? – спросил я.

– Ищет распорядителя. Тот устроит нам встречу с Ковачем…

– Как?

– Это его шарашка. Ковач – мужик башковитый. Почти все в Зоне к рукам прибрал. А теперь, после смерти Оррима…

Вдруг один из живых мертвецов споткнулся; подвернул ногу, чуть не упал, – и тут же приподнялся, слишком быстро и ловко для прогнившего болотного трупа.

– Эй! Глядите, – закричали в толпе.

Бегун обернулся, – и выдал себя окончательно.

– Это же живой человек! – крикнул кто-то.