— За что ты так агрессивно настроена к ним? — с дрожью в голосе поинтересовалась Хлебникова. И даже испугалась, как бы эту дрожь Татьяна не услышала.

Но Вязьмина СЛЫШАЛА ТОЛЬКО ЕЕ ВОПРОС.

— Потому что они не такие, как мы!

Эльвире показалось, что рушится огромное здание, именуемое мечтой каинитов. Можно ли получить власть над городом, страной, миром, когда тебя НЕНАВИДЯТ ВСЕ. Даже жулики, проходимцы. Продажные чиновники… Последние ласково улыбаются только ради одного — денег. Но если представится возможность, тут же всадят в спину нож.

НЕНАВИДЯТ ВСЕ БЕЗ ИСКЛЮЧЕНИЯ!

А Татьяна кричала, что они приносят грязь и заразу, что она лучше подпустит к себе бездомного кобеля, чем Боящегося Солнца, что они уроды, кретины… После каждого ее слова Эльвира ощущала такую боль, словно ее кромсали на куски.

«Блядь недоделанная! Ты только что была сексуальной рабой женщины из ненавистного тебе рода!».

Вместе со злостью, болью и осознанием собственной ущербности возникло непреодолимое желание отомстить этой суке!

— Дай я тебя поцелую! — сказала она Татьяне. — В шею!

Губы коснулись ее шеи. Заработал язычок, отчего Вязьмина пришла в неистовое возбуждение и закрыла глаза. И тут острые, как у зверя, зубы вонзились в аорту. Когда Вязьмина осознала, в чем дело, она попробовала сопротивляться. Но поздно! В течение нескольких секунд представительница великого племени загрызла свою любовницу.

…Эльвира подошла к зеркалу. Рот в крови, а рядом — бездыханное тело Вязьминой. «Надо сказать служанке, чтобы вынесли его отсюда. И еще — уничтожить следы преступления».

А по телевизору продолжали передавать КОШМАР ЕЕ НАРОДА!.. И пока только вечер. Что же будет ночью?

Эльвира подумала, что совершает ошибку. Нужно бежать отсюда. В резиденцию тайного вождя. И там через подземные катакомбы выскользнуть из города. А может…

Эльвира аккуратно вытерла рот и сказала:

— А может, никуда и не надо бежать. Тайный вождь призовет на помощь силы, способные выжечь дотла этот проклятый Незнамовск.

Хлебникова с трудом пробиралась по вечернему городу. Движение во многих местах было перекрыто либо митингующими, либо полицией. Эльвира бросила машину и пошла пешком. В ее положении это даже лучше. Женщина на дорогой машине у многих пробуждает не нужный интерес.

Она ожидала увидеть разгоряченных вином молодчиков с выражением тупости на лицах. Но лица у людей казались просветленными. Они невольно сплачивались в стройные ряды, причем в одной шеренге шли и старые, и молодые. В их улыбках, взглядах было что-то новое (что особенно пугало Эльвиру!). Разобщенные «аборигены» вдруг осознали себя единым целым, связанным верой, кровью, идеалами.