Корнет молча рванул к выложенной камнем дороге, которая недалеко от нас начиналась, вернее заканчивалась широким квадратом стоянки, выложенной таким же камнем.

— Асфальт нюхать не хотят богатеи, — как ботинки застучали по камню дороги — проговорил Катран. — Камнем дорогу себе выстлали.

— Гражданские!

Корнет заметил возле одного трёхэтажного дома — пару: седоватого… ну, дедом его трудно назвать, так как он хоть и преклонных лет, но старческих признаков почти и не заметно, кроме седины. Мужик в костюме и парня лет пятнадцати–семнадцати в молодёжном прикиде которые возле машины стояли и на нас с изумлением смотрели.

Уже почти проскочили мимо них, как вдруг сбоку в лесу показались твари.

— Бегуны! — Резко затормозил Корнет, поудобней перехватывая «Шайтана».

— Ма–ать! — выругался я.

Что делать? Твари нас к озеру прижимают. Походу на перезагрузку навелись и со всех сторон сейчас сюда несутся.

— Хватаем этих и в дом! — принял решение. — Может получится и в подвале у них отсидимся.

Подхватили с двух сторон мужика и парня, которые в ступор впали при виде Корнета и потащили их к дому сквозь распахнутую калитку.

— Лиса, закроешь её за нами!

— Хорошо!

При нашем приближении дверь в дом широко открылась и оттуда выглянула женщина лет тридцати одетая в форму горничной.

Мгновение она пыталась понять, что видит перед собой и не завизжала, как я опасался, а просто молча грохнулась в обморок на пороге.

— Черт! — Переправил пацана Катрану, сам за одежду её схватил и затащил внутрь.

Только Лиса, которая последняя в дом заскочила — закрыла за собой дверь, как с лестницы на второй этаж раздался визг. Ещё одна одетая в форму горничной, только эта поступила так, как я и опасался.

— Заткнись дура! — рявкнул на неё Корнет.

А это было страшно, когда такой как он на тебя так рявкает. Но этой мадаме было по барабану, она походу кроме своего визга уже и не слышала ничего. Зато очнулся мужик.

— Что вы себе позволяете!

На удивление спокойным голосом спросил он у нас — высвобождаясь из рук Корнета.