— На своем, Кураме, опыты ставь! — отнекивался я.

Уже сто раз пожалел, что вообще эту тему поднял.

— Курама у меня живчик не пьет, — развел он огорченно руками и подхватил этого самого Кураму, оторвав его от тарелки с мясом. — Боюсь пока его к нему приучать, вдруг обратится. В старости над ним такой опыт проведу. Так что только Пират у нас остается.

Долго мы ещё собачились иногда и громко, наши геннеты на это глядя — дружно смылись куда–то от греха подальше. Опрокинули мировую, и он меня все же уговорил — поклявшись, что с Пиратом ничего плохого не случится.

Поднялся в выделенную мне комнату и принес оттуда запас жемчужин, который с собой брал, чтоб за машину расплатиться.

— Вот, выбирай! Но чтоб ему идеально подходила! — погрозил ему кулаком.

Пирата долго ловить не пришлось, вернее он сам, как его позвали — прибежал. Принялся с интересом за размахивающим руками Факиром следить, иногда на этой самой руке и повисая, вцепившись в неё зубами.

Тот руками помахал вокруг него, поотрывал от руки Пирата, снова руками помахал и принялся жемчуг перебирать, пока три штуки в сторону не отложил. И снова принялся руками махать и из этих трёх самую подходящую выбирать.

— Вот! — Показал он выбранную. — Как специально для него тварь вынашивала.

Посверлив Факира взглядом, забрал у него жемчужину и Пирату под нос поднёс её — внимательно за ним наблюдая. Тот сначала понюхал: а что это вы мне даёте? А потом, не успели мы с Факиром и глазом моргнуть — проглотил её и жадным взглядом на нас уставился.

— Твою мать! — синхронно выругались мы с Факиром.

Посверлив нас глазами, они у Пирата вдруг озадаченные стали и он, наклонив голову вбок, к себе прислушался.

— Видать потеплело в животе, вот и прислушивается, — прошептал Факир.

— Ты давай того, проверяй его! — почему–то и я шепотом ответил ему в ответ.

— Пока ничего, — проверив Пирата, всё также шёпотом ответил мне Факир. — Давай, чтоб всё удачно прошло! — налил он ещё по одной рюмке.

Когда на утро протрезвели и вспомнили что мы вчера учудили — снова чуть не подрались с Факиром — ор стоял до небес, но быстро помирились, потом ещё раз: «За здоровье Пирата!» и потом до вечера вокруг него танцевали — Факир руками размахивал, а я за компанию рядом крутился — волновался очень, а вдруг и вправду квазом станет. Но не в этот день, ни в последующие, что мы в стабе находились — с Пиратом никаких изменений не произошло — вздохнули мы облегчённо.

— Я не удивлюсь, если у него дар какой в ближайшее время прорежется, — на прощание озадачил меня Факир. — У него изменения кое–какие происходят, но теперь можно уже смело говорить, что они ему на пользу пойдут. Так что не зря жемчужину потратили.