Протобиотическая каша, насколько я помнила, иногда получалась после активации генной бомбы, когда вирус оказывался слишком эффективным для взрывной мутации и просто расплавлял клеточные мембраны живых организмов. Да, так бывало, но вопросов оставалась прорва — целая прорва жиденьких соплей. Например, почему уцелела трава? Или: что за люди бегают по базе, если системы фильтрации у них слетели? И последнее: на что достойно потратить последние четыре часа активности Аянами? Увозить что-либо с этой планеты мне решительно не хотелось — даже собственные воспоминания.

Я взглянула на датчики фильтров воздуха и запустила все циклы очистки. Оно, конечно, никому еще не помогало, но есть шанс, что концентрация вируса уже ниже рабочей. И уж точно — теперь нет никакого смысла напрягаться.

— А-аска, я тут получил первые д-данные…

— Мы все умрем? — предположила я, направляясь к управленческому корпусу.

— Нет. Следов распада мю-вируса не обнаружено.

Я остановилась у внешнего шлюза корпуса. Почти пятьдесят метров чавкающих шагов, отвратительные мысли о том, что у меня под ногами, — и вот она, дверь. Можно быстро прикинуть варианты, пока модуль взлома потрошит замок.

Первый. Бомба таки рванула, но рванула давно: уже вирус прошел период распада. Остается неясной причина выживания колонистов. Возможный ответ — скафандры. Какие-нибудь, например, экспериментальные.

Второй… Я отвлеклась на занятное зрелище: Рей медленно двигалась из стороны в сторону за моей спиной. Если бы это была не последняя из Аянами, можно было бы решить, что девушка просто нервничает.

— Рей?

На меня уставилось непрозрачное стекло, в котором кривились мои нашлемные фонари. Получалась милая рожица в духе «мама, смотри, какая бяка нарисовалась».

— Что ты делаешь?

— Протобионт замерзает под ногами.

Я недоуменно подняла брови, но потом сообразила, что моего выражения лица Аянами никак не видит. И тем не менее, озвучить вопрос Рей не дала.

— Неприятно, — тихо пояснила она.

«О, вот как даже».

«Отмычка» выдала мне в наушники удовлетворенно-злорадную трель, и шлюз начал открываться. Его порог был выше уровня студня, поэтому я просто вынула из захвата скорчер и шагнула внутрь. Хрустяще чавкнула слизь позади, и Рей снова оказалась у меня за спиной. В шлюзе было тесно, чисто и выкрашено в серо-стальной. А еще тут горел свет, и я с опозданием поняла, что это должно мне не нравиться.

Наружная дверь захлопнулась, а перед моими глазами вспыхнул голо-экран.

«Внимание! Деконтаминация невозможна. Среда класса «омикрон"».