— Я бы сказал, что ты сам — один из этих тиранов, но ты гораздо хуже.

— Сравнивать их со мной нелепо. Для меня нет разницы меж ними и деревенскими старостами или вождями каких-нибудь дикарских племен Океании. Бессилие и могущество, вечность и небытие, глупость и истина — вот в чем меж нами разница.

— В чем же твоя истина? В том, что все люди — скоты, а ты их вечный хозяин?

— Истины две. Первая в том, что люди — не просто скоты, а кровожадные скоты. Нелепые и кровожадные. Почему бы племенам и государствам не решать свои споры на неких честных ристалищах? Зачем превращать в руины сотни городов, опустошать провинцию за провинцией, убивая миллионы и десятки миллионов — если все это можно было бы решить на каких-нибудь Олимпийских играх? Или, если уж отдельный процент людей настолько безумен и ему этого мало — давать ему больше, отведя под побоища безлюдную область. Пусть бы любители умирать убивали друг друга в стороне… Но это сопливое умничание, абсурд для каждого, кто знает людей. Ибо, где употребляется слово «человечество», слово «разум» едва ли уместно. «Бездумие» подходит гораздо больше.

— Тем не менее люди — не животные.

— Верно. Вторая истина в моих глазах, ты ее видишь. Вот путь человечества — истинное развитие, величие и могущество. Человек должен стать богом, такова его истинная судьба. Человечество — некий промежуточный процесс, мост между животными и богами. Хулить его так же бессмысленно, как и восхвалять. Нужно двигаться вперед.

— Понятно… — сказал Магистр, опуская голову. — Вот к чему ты клонишь… Люди — полуживотные, но у тебя есть план. Рано или поздно некоторые из них станут наполняться силой Предтеч, а остальным — так или иначе конец. Сгодятся на корм.

— Таков вселенский механизм, — Иерофант пожал плечами. — Он вечен, неизбежен, непогрешим. Протестовать против него так же нелепо, как против движения небесных тел. Человеку предстоит стать чем-то большим, чем человеком, — либо перестать существовать. — Иерофант пожал плечами. — Сама планета не вечна.

— И поэтому ты предлагаешь скормить Предтечам три миллиарда ее населения?

— Такое происходит не в первый раз. Люди спокойно едят животных, но и сами они — вовсе не окончательное звено в цепочке питания. В данном случае речь идет не об органике, естественно, а о психическом поле…

— О душах, — уточнил Магистр.

— Если угодно, о душах. Но в остальном схема та же — Предтечам так же неинтересны текущие человеческие устремления, как самим людям — устремления свиней. Сил противодействовать нет, и быть не может. Люди бессильны, как овцы в загоне. Даже если вообразить некий успешный бунт, а это немыслимо — последует кара. Человечество будет уничтожено под корень. Оно существует до сих пор лишь благодаря Культу.