Платиной вспыхнул передо мной выстрел из лазера, я отпрыгнул и покатился по земле, крича от радости. Мы находились в километре от моря. Я вскочил и посмотрел на стрелявшего — наш компадре в зеленом защитном костюме. Он, извиняясь, развел руками. Я понял, что здесь схватка уже закончена, впереди только свои. Вокруг множество куполов разного цвета. Деловой район.

Недалеко послышались крики, болезненный женский вопль, я пробежал под контрфорсом через тучу дыма. Передо мной Мавро стрелял в купол. Я услышал сдавленный крик справа и подбежал ко входу в купол. Оттуда валил дым, и я ничего не увидел. Выстрелил от пояса, кто-то закричал и упал.

Я повернулся. Абрайра следила за улицей, держа лазер наготове. Мавро, продолжая стрелять, нырнул в купол. Ниже по холму двигались наши люди, и мертвые ябандзины лежали так густо, что местами с трудом приходилось перебираться через трупы. У ябандзинов, казалось, не было никакой защиты, не было трех тысяч самураев, они совершенно нас не ждали, я не мог этого понять. Ниже по холму одновременно взорвались три купола. Ябандзины взрывали свой город.

Я слишком отстал. Передо мной нет никаких живых целей. Чтобы их отыскать, нужно бежать вперед. Ни у кого из ябандзинов нет защитных костюмов. Я нащупал регулятор и уменьшил энергию луча лазера. Пробежал мимо Абрайры и здания, в котором скрылся Мавро. Абрайра что-то крикнула и бросилась за мной.

Я пробежал по улице мимо десятка компадрес в зеленой броне, которые методично обстреливали два горящих здания, словно там скрываются ябандзины, мимо полных наемников машин, поливавших город на полкилометра вперед плазмой.

Я пробежал два квартала делового района, царапая голые ноги. Три молодых японца выскочили из здания, я выстрелил им в спину и обернулся, чтобы взглянуть, где мои компадрес. И вдруг понял, что рядом со мной никого из компадрес нет: я на передней линии, и впереди улицы залиты плазмой. Я могу перебить всех.

Я закричал, взглянул выше по холму, и вдруг из двери купола выбежала женщина. На ней был синий костюм, как у чиновника, кожа светло-желтая, усеянная кровавыми точками, под глазами темные круги. Глазные складки сильно подчеркнуты, черные волосы зачесаны назад. Она опустила взгляд и посмотрела на мое лазерное ружье. Потом принялась возиться с собственным лазером, нацеливая его на меня.

Я выстрелил первым и перечеркнул ее огненной полосой. Она удивленно открыла рот и смотрела на меня, словно знала, что она уже мертва. Потом упала, освобождая мне дорогу, вытянулась. И в этот момент у меня закружилась голова, сердце гулко забилось, и я достиг состояния Мгновенности. Женщина падала, глаза ее смертно закатились, ружье она уронила, и оно, падая, повисло в воздухе. По улицам катились волны дыма, они кружили вокруг куполов, и все было похоже на ад. Небо почти расчистилось от опару но тако, сильный ветер разогнал грозовые тучи. Я видел только одну желто-зеленую полоску, плывущую по небу; при этом на фоне утреннего горизонта видны были миллионы и миллионы отдельных опару но тако, они золотом и белизной сверкали на солнце, как кусочки слюды. Больше ничего чуждого. Орхидеи на крошечных газонах, приземистые пальмы и гигантские папоротники во дворах — это я видел всю свою жизнь. Купола, как женские груди, поднимающиеся в воздух, — это всего лишь дома. А умирающая женщина, лежащая на земле с искаженным лицом, с бледной кожей в розовых пятнах, — просто женщина, я таких видел миллионы. И каким-то образом она соответствует окружению. Словно дым, катящийся по улицам, завихряющийся у куполов, небо, блестящее осколками слюды, умирающая женщина с бледной кожей — все это части огромного холста, пейзаж, нарисованный искусным художником. И я испытал чувство, которое можно было бы назвать совпадением. Эта женщина, эта планета — это совсем не Земля. Но я почувствовал, что готов их принять. Я стал частью Пекаря.