— Вот как, — пробормотал тот задумчиво.

— А ты как думал? Что все будет легко и просто? Ну вот, говорю тебе, Христом Богом клянусь и родной матерью, что ни слова от меня Доцент не услышал.

— Только Доцент? — уточнил Олег. — А другие?

— Это уже поумнее вопрос, — похвалил его Кравченко. — Нет, Олег, я никому не рассказывал. Судя по твоему вопросу, наш друг из Штаба откуда-то прознал о твоих ночных похождениях, и тебе страсть как хочется знать, какая птичка ему напела. Так ведь?

— Так, — кивнул Музыкант. — Ладно, Данил Сергеевич, будем считать, что с этим разобрались. Готов дальше слушать?

— Как тот пионер — всегда готов. Ну, поведай-ка мне, Олег, за что на самом деле Доцент тебя упек под замок, почему ты сбежал и во что собираешься меня втянуть?

И тогда Музыкант рассказал ему все с самого начала без малейшей утайки. В прошлый раз он только сказал Кравченко, что встретился с говорящей крысой, а теперь пришлось говорить обо всем. О том, как неведомая сила позвала его за собой и вывела на рейд в порубежье. Как он намеревался всего лишь нарвать цветов любимой женщине, а вместо этого встретил крысу, которая умела говорить по-русски. Как выяснилось, что это — та самая крыса, которая способна играть на флейте и очаровывать людей. Снайпер рассказал о других встречах, происходивших после неудачной ночной вылазки группы Дмитрия, в гараже «Мега-Пресса», даже в его собственном подъезде. О том, как ему пришлось стрелять во Флейтиста во время боя за гостиницу «Центральная». О своих размышлениях по этому поводу. Про новые встречи с крысой. И про то, о чем они разговаривали, об их странных псевдофилософских беседах. Подробно рассказал о том, как Доцент пришел к нему, какое предложение сделал, как он, Музыкант, на это предложение согласился и что произошло потом.

Вопреки опасениям, рассказ занял не так уж много времени. Кравченко слушал его очень внимательно.

Когда Музыкант закончил, Данил Сергеевич взорвался, как вулкан Везувий. Он вскочил со стула и, потрясая зажатой в кулаке вилкой, заорал:

— Мальчишка! Сопляк! Ты почему всего сразу не рассказал?

Олег не ожидал такой реакции. Но он не первый год жил в мире после Катастрофы, и агрессия могла вызвать в нем лишь ответную реакцию. Он тоже вскочил на ноги и заорал в ответ:

— А почему я должен был что-то тебе рассказывать? Кто ты такой, Данил Сергеевич, чтобы ждать от меня полной откровенности? Ты что мне, любимая мама в одном комплекте с любимой папой? Сам же говоришь, что я могу только доверять или не доверять, проверить, насколько ты честен, у меня не получится.