Присела рядом с мужем. Обменялись буквально несколькими словами. Оба думают одинаково. Единственное, что оказалось новым – обход с двух сторон, начатый арьергардом преследователей. Похоже, надо включать движок и набирать дистанцию. Иначе можно оказаться в мешке. Нескоро. Через пару суток. А насчет угля, так конвертор вообще-то потребляет любую органику. Просто отдает меньше энергии. Значит, чаще требует зарядки. Да воняет довольно сильно, если органика… ну, не очень хорошая. И, опять же, кое-что, остающееся после окисления, потом надо выскребать. Лучше всего топливом служат уголь, спирт, углеводороды. Неплохо идут масла и жиры. Но в их распоряжении этого добра совсем мало. Да и другого не в изобилии. Хотя есть идея. Если рыбки наловить да высушить. И в конвертор?

Сутки шли за сутками. Все в шлюпке пропахло рыбой. Ее ловили на блесну, пластовали и вялили на баке. Топливный элемент стремительно пожирал несоленые балыки. Двигатель почти не выключали. Даже с ним выдерживать расстояние до преследователей удавалось только-только. А бриги искусно маневрировали, используя свою лучшую мореходность и преимущество в скорости под парусами. Действовали слаженно, настырно и разнообразно. Ни секунды не позволяя расслабиться.

Спать удавалось в сутки часа по три-четыре, перекимаривая по одному в те периоды, когда малыши спали. В тесноте качающейся шлюпки с них нельзя было спускать глаз. Они лезли под нож, которым разделывали улов, или пытались поиграть с рыбиной, бьющейся в кокпите. Им было необходимо поработать с манипулятором, которым управлялся инф, или помочь папе запихнуть в горловину конвертора еще несколько кусочков чего-нибудь.

Тем временем беглецы, отклонившись к югу, обошли интанские земли, пересекли тропик и вышли в простор Безымянного океана. Погоня не отставала. Все тридцать семь бригов, распределившись равномерно на расстояние видимости, следовали за ними, контролируя тысячи квадратных километров. Не проскользнешь.

Краткие тропические шквалы лишь на часок-другой портили видимость. За это время проскочить через строй погони невозможно. Полоса штиля однажды позволила выиграть почти десяток километров благодаря двигателю. Но потянуло с севера, и за счет смены курса выигрыш был скомпенсирован. Шлюпку приходилось постоянно вести против ветра. Не точно, но настолько близко, насколько это было еще возможно. Иначе шансов уйти вообще не оставалось. И если направление менялось резко – беглецы проигрывали. Преследователи просто срезали угол.

Больше месяца длилось это безумное плавание. Лишь несколько событий скрасили его однообразие.