— Прости, что так, — проговорила женщина, жестом показывая мне, чтоб я вылил кипяток в распятый на шестах большой, обрезанный сверху бурдюк, уже наполовину полный. Эдакая кожаная лохань, довольно объёмная.

— Ерунда какая. Мне не трудно тебе помочь… Я подожду снаружи. Крикнешь, если что-нибудь понадобится.

— Аптечка. Принеси мне большую аптечку, будь любезен. Она приторочена к седлу моего «пластуна»… Спасибо. А теперь оставь меня, пожалуйста.

Я остался дежурить снаружи, поблизости от «палатки», но слышал внутри только шорох и хлюпанье воды. Примерно через полчаса она позвала меня. Та вода, что ещё осталась в бурдюке, была мутно-розовой. Я с ужасом посмотрел на Аштию, освежённую и даже, пожалуй, повеселевшую.

— Всё хорошо, — ответила она, оценив мой взгляд.

— Точно?

— Точно. Мне просто надо немного полежать. Отдохнуть.

— Как насчёт поспать на охапке веток, прикрытой шмотками? Лучшей лежанки тут тебе всё равно никто не предложит.

— И это даже слишком хорошо. Верни плащи тем, у кого их забрал. Им всё-таки под открытым небом ночевать, как и мне.

— Тебе труднее. Ты же женщина. Хворая к тому же.

— Мне хватит моего плаща и седла. Точно хватит, не смотри на меня так. Я не умирающая. Пока.

— Даст бог, всё будет нормально.

— Вот уж точно…

Она уснула сразу же, стоило мне только пристроить её на груду веток, накрытую развёрнутым седлом — оно, в отличие от лошадиного, занимало изрядную площадь и оказалось более плоским. Вполне можно использовать как рельефную подстилку. Аше даже про ужин не вспомнила, я же, когда сообразил, обнаружил, что тогда женщину придётся будить и уточнять, а это выглядит, мягко говоря, невежливо.

К тому же стоило её светлости отрубиться, как её главный телохранитель настойчиво оттёр меня в сторону и хмуро предложил идти отдыхать.

— А что такое? Не доверяешь? — я прищурился, чувствуя, что ещё немного — и взорвусь. Пошли вы, имперцы, по известному адресу со своими канонами, задолбали! Мало ли что я мог наговорить в разговоре с Аштией, не ваше дело и не вам от меня теперь шарахаться! Могли закрыть уши и заниматься своими делами…

— Не моё это дело — доверять тебе или не доверять. Это дело госпожи… Ты своё отработал на сегодня, мне так кажется. Надо ж и тебе отдохнуть.

Я остыл так же стремительно, как и взбесился. Нет, всё-таки надо брать себя в руки. Усталость, нервная обстановка, всё такое — это понятно, но для успешного противодействия врагу полезно иметь свежее восприятие и уравновешенное состояние духа. И даже без всяких врагов оценивать ситуацию надо адекватно. Какая уж тут адекватность, когда её глушит вспыльчивость.