– Да. – Горло мгновенно пересохло. Сердце, пришпоренное ударной дозой адреналина, понеслось вперед галопом.

– Объявляем вам решение Совета Развития Организации Объединенных планет. – Пальцы человека, сидящего в кресле напротив экрана видеофона, сжали подлокотники.

Сердце, шутя, преодолело барьер в двести ударов в минуту.

– Исходя из анализа вашей Жизненной Записи, Совет Развития Организации Объединенных планет постановляет: «Считать Вашу Жизненную Запись не удовлетворяющей обобщенному критерию для получения права на вторую жизнь. Также Совет Развития благодарит вас за долгую и продуктивную работу на благо человеческой цивилизации. Всего хорошего».

Экран видеофона погас.

«Вот и все. И так даже лучше. Быстрее встречусь с Борисом и Машей там. Надеюсь, Богу не нужны никакие Жизненные Записи». Сердце медленно-медленно сбавляло темп, болезненными покалываниями в груди выражая все свое негодование.

И вновь мягко, будто сочувствуя хозяину, замурлыкал видеофон.

– Видеофон, включись. – Слова пароля неожиданно прозвучали легко и свободно.

«Что значит, когда у человека уже все определено до конца его дней. И мне такое состояние начинает нравиться!»

– Здравствуй, Ваня, – на хозяина квартиры виноватым взглядом смотрел Игорь Переверзев.

– Здравствуй, Игорь. – Иван Антонович расслабленно откинулся на спинку кресла. И, отсекая в общем-то ненужные общие слова, сразу добавил: – Утешать не надо. Не красна девица. В конце концов, таких, как я, – подавляющее большинство.

– Иван, я ознакомился с протоколом по твоему делу. – Сотрудник аппарата Совета Развития Игорь Николаевич Переверзев вопросительно посмотрел на собеседника и, не дождавшись ответа, закончил: – Ты не добрал две десятых процента.

– Две десятых процента или двадцать два процента, какая разница. Человек, не допрыгнувший до противоположного края пропасти миллиметр, и человек, не допрыгнувший метр, заканчивают одинаково. Оба разбиваются.

– Иван, всего две десятых процента. Борись.

– Этот же Большой Бэби умнее меня. Если он посчитал, что я уже отработанный материал, значит, так и есть. И ты знаешь, Игорь, я впервые за последний год почувствовал облегчение. Все для меня стало ясно и определенно. Жить, судя по тому, что Бэби заинтересовался моей судьбой, осталось мне немного. Да и смерти я не боюсь… если честно, то даже жду ее.

– Ваня…

– По крайней мере, у меня появился шанс в скором времени увидеть и Машу и Бориса. Там увидеть. А чтобы почувствовать себя счастливым, я уберу из себя чип. Зачем он мне?

– Иван, не сдавай свой чип. Борись за свою вторую жизнь.