— А-а… Ну, типа, они доложили «интерам», что мы прилетели…

Сорвавшись с места, Тимофей добежал до главного здания, откуда как раз выходил Тугарин-Змей, степенно беседовавший с Помаутуком.

— Срочная эвакуация! — гаркнул Тимофей. — По машинам! Живо!

Илья Харин, ни слова не говоря, метнулся обратно на станцию, гулким басом отдавая приказания. Сихали вбежал следом.

— Где тут «оборонцы»? — крикнул он на бегу.

— Здеся они, — подсуетился начальник станции, торопливо отпирая свой служебный модуль.

Браун стремительно вошёл внутрь, выхватывая верный бласт. Трое антарктов, понуро сидевших на широком подоконнике, мигом вскочили, задирая руки.

— Что именно вы передали «интерам»? — задал Тимофей вопрос, целясь в лоб крайнему «оборонцу».

— Н-нам приказ-зали… — пробулькал тот.

— Что?!

— Д-доложить, как только прилетят «пин… фридомфайтеры».

— А дальше? Зачем им надо было знать, когда прилетят «фри… пингвины»?

Глазки у «оборонца» забегали. Сихали сделал шаг и приставил дуло к его лбу.

— Говори, — сказал он ледяным тоном.

«Оборонец» сглотнул всухую.

— Они… Они обещали десантные модули сбросить… — пролепетал верный последователь генерала Кермаса.

— Превосходно…

Заученным движением сунув бластер в кобуру, Тимофей выбежал наружу. Фридомфайтеры топтались у турболётов.

— Чего ждёте? — со злостью крикнул Браун. — А ну, живо по машинам!

Антаркты и океанцы, залётные и местные, бегом побежали к аппарелям. «Батоны» уже свистели моторами, поднимая тонкий вой, вскоре перешедший в дрожащий гул.