Вот он, наверное, удивился.

Залп из десяти орудий – штука неприятная. И последняя, что этот кадр увидел в своей крокодильей жизни. Попали наши здорово. Минус один. Теперь их трое.

А вот зря его сосед полез затыкать возникшую дыру, ой зря-я-я…

У наших «соседей» по группе хубы на самом деле оказались на высоте. Еще один крокодил оторвался от общей массы, и тут же край свалки превратился в ровный строй истребителей, который, вытянувшись в линию, дал мощный залп по неосторожному нахалу. И попал. Краем. Все-таки реакция у файратов изумительная. Он почти успел отлететь. Невозможным, невероятным прыжком, но успел. Почти. Вот только при таком соотношении сил «почти» опять не считается. Оно, кстати, никогда не считается. И сейчас тоже не вышло. Борт ему сожгли и, похоже, повредили один из двигателей. И если с сожженным бортом он бы еще смог наделать немало пакостей, то ковылять без одного движка перед готовым к бою строем противника долго не удается. Тем более что противник прекрасно знает, на что способны даже раненые файраты. И-и-и – залп.

Минус два.

Слушайте, а неплохо выходит. Оставшаяся двойка файратов (надо отдать ей должное) мгновенно оценила ситуацию и, наплевав на пресловутую гордость охотников, рванула к своим. И правильно: гордость, она хороша там, где ты можешь хоть что-то с нее поиметь. А выпячивать грудь в безнадежной ситуации – это, на мой непросвещенный взгляд, идиотизм чистейшей воды. Ты лучше запомни обидчика, а потом вернись и отомсти. А сдохнуть, стоя под огнем, большого ума не надо.

И что вышло? А вышло-то совсем здорово. В итоге, после бегства этой двойки на нашем фланге неожиданно образовалась группировка из двадцати свободных истребителей и пары «люстр». Роскошь, по меркам пространственного боя, неимоверная.

И что полагается в таких случаях делать?

Что полагается, то мы и сделали. Выстроились в две плоскости и пошли углом, вычищая пространство перед собой. За-ме-ча-тель-но.

Форсаж!

Минута боя, другая. Пошла третья. И-и-и… Есть! Конвой оторвался. Ну, бегите, родные, передавайте привет матушке Земле.

И тут наше роскошное счастье кончилось. Совсем.

– Двойное прибытие! Выброс! – не своим голосом вдруг заорал групповой интерком. И хотя хрен его знает, какой у него «свой» голос, но этот точно был «не» своим.

– Еще двойное прибытие. Еще выброс. Всего четыре матки. Четыре сброса.

Ничего себе… Конечно, тут никакой голос «своим» не будет.

– Твою в душу мать, налево двадцать! – это уже я не сдержался.

Четыре матки файратов плюс к двум имеющимся. Итого шесть. Против шести наших, уже потрепанных «люстр». Ни хрена не радующее соотношение. Разве что разведка Легиона отследила этих ребят, предусмотрела промежуточные резервы и бросила их вдогонку. Что? Нету никого? Не предусмотрела? Резервов нет?