Не знаю, как там у американцев и европейцев, как у китайцев и папуасов, а наш народ — привычный. Сперва социализм сменился анархо-капитализмом, потом преобразовался в обычный развивающийся капиталистический бюрократизм, потом грянул кризис… А теперь магия. Ну и фиг с ней. Магия там, шмагия… И не такое видали, всё переживали, и это переживём. А самые бойкие и практичные рванулись учиться чему-нибудь и как-нибудь.

Учитель моего приятеля был уроженцем того, магического мира. Он очень не хотел брать чужака в обучение, но всё-таки взял, потому что его брат женился на сестре моего друга, и они вроде как породнились — по крайней мере, объяснение было дано именно такое. Я сам, обделённый хорошенькими сёстрами, которых можно было бы выдать за магов или их родственников, практически не имел шансов обзавестись учителем. Но надо же было что-то делать!

Как в прежнем, ещё не отошедшем мире нормально жить мог только финансист, в новом — я догадывался — комфортно будет только магу. И если финансист из меня не очень получился, то, может быть, получится маг.

Но для этого придётся очень постараться.

— Да, у нас немало интересных изобретений, — усмехнулся я в лицо Эндиллю. С гильдейцем не приходилось притворяться, что ты его уважаешь или страсть как проникнут к нему симпатией. Ему от тебя нужны чисто практические вещи, и тебе от него — тоже. — В том числе и самолёты. Билет у тебя?

— У меня, — Эндилль положил его передо мной. — Сегодня вечером.

— Ты был уверен, что я соглашусь.

— Уверен.

— Мог бы и бизнес-класс оплатить, — заметил я в шутку, разглядывая билет.

— Обойдёшься, — он усмехнулся. — Вот предмет, — и выложил на стол нечто, запакованное в плотную обёрточную бумагу. — Забирай.

Я взял упаковку в руку. Тяжёленькая хреновина, хоть и маленькая — в карман не засунешь, а вот в барсетку — запросто. У меня не барсетка, а нормальная сумка, куда влезает книга, папка с листами А4 и пакет с кексом — на перекус. Так что проблемы тут нет никакой. Если, конечно, и в самом деле не привяжутся таможенники.

— Держись спокойно и уверенно. Спросят, что это такое — скажешь, что заготовка под артефакт, — Эндилль бросил на стол деньги за кофе. — Мне пора.

И поспешил уйти, словно боялся ещё каких-нибудь возражений или вопросов. Но я, пожалуй, узнал всё, что мне было нужно. Вещицу мне, видимо, придётся везти ценную, магическую, но для меня это безопасно, раз уж тут предусмотрена такая упаковка, сквозь которую, видимо, и сканерам в аэропорту не пробиться. Остальное — что это, почему, зачем? — меня не колышет.