— Через четыре часа тридцать семь минут и двенадцать секунд, как только прозвучит гонг, — пробасил невидимка. Последовала короткая пауза, и прозвенел мелодичный сигнал. — Я имел в виду куранты, — поправился бас.

— Пошел обратно спать! — разъярился Каролинус.

— Да я вон сколько времени на ногах! — запротестовал бас с негодованием.

Не обратив на него внимания, Каролинус собрал свой отряд и повел всех к Башне. Рыцарь подвинулся поближе к Смрголу.

— Насчет того, чтобы люди и драконы держались вместе, — начал Невилл-Смит, — должен признаться, меня это не слишком вдохновило, пока я не узнал, кто вы такой. Так вы полагаете, это возможно?

— Надо же когда-то начинать, георгий, — пророкотал Смргол.

Джим прошел вперед и теперь беседовал с чародеем:

— Что обитает в Башне?

Каролинус дернул себя за седую бороду и повернулся к нему.

— Что там обитает? — сварливо переспросил он. — Я не знаю. Но скоро мы это выясним. Что бы там ни обитало, живое или мертвое, но оно — воплощение абсолютного зла.

— Но как мы можем противостоять ему?

— Мы — никак. Мы можем только подавлять его. Например, ты, если, конечно, ты добродетелен в основе своей, можешь подавлять в себе предрасположенность к злу, уничтожая его порождения, то есть злые побуждения и поступки.

— Ой! — вскрикнул Джим.

— Именно так. Поскольку зло подавляет добро примерно тем же способом, его порождения, те, что населяют Башню, попытаются уничтожить нас.

Джим почувствовал холодный комок в горле. Он откашлялся:

— Уничтожить нас?

— Ну, может, и нет, может, они пригласят нас на чай. — Сарказм в голосе старого чародея внезапно прервался вместе с самим голосом.

Они только что миновали низкую зеленую изгородь и инстинктивно остановились.

Перед ними на земле лежало то, что некогда было рыцарем в полном боевом облачении. Джим услышал, как позади него Невилл-Смит со свистом втянул воздух.

— Крайне позорная смерть, — тихо произнес рыцарь. — Крайне позорная.