В правой руке чудовище держало тяжеленную дубину, окованную ржавым металлом, и трудно было поверить, что даже такой гигант мог ею пользоваться. Тем не менее дубину существо держало с такой же легкостью, как Каролинус свой посох. Чудовище разинуло рот.

— Хэ! — произнесло оно. — Хэ! Хэ!

Звук был невероятный. Чудовище хихикало басом, если только можно вообразить такое сочетание. Тембр был ниже самого низкого оперного баса, но при этом явно исходил из глотки этого существа. Никакого чувства юмора в этом хихиканье не было и следа. Скорее, это напоминало обыденный звук, с которым человек откашливается. Издав такие звуки, существо замолчало, наблюдая круглыми водянистыми глазами за ползущим по склону гигантским слизнем.

Смргол испустил глубокий вздох.

— Да, — пророкотал он с какой-то печалью, словно говоря сам с собой, — этого я и опасался. Это огр.

В последовавшей за этими словами тишине Невилл-Смит спешился и принялся подтягивать подпруги.

— Ну-ну, Клариво, — тихим голосом успокаивал он коня, — все в порядке, малыш.

Все остальные смотрели на Каролинуса. Чародей оперся на свой посох и выглядел совсем стариком, а глубокие морщины на лице, казалось, стали еще глубже. Сначала он наблюдал за огром, но потом повернулся к Джиму и двум остальным драконам.

— Я все-таки надеялся, что до этого не дойдет. Тем не менее, — хрипло сказал он и махнул рукой в сторону наползающего червя, молчаливого Анарка и наблюдающего за всеми огра, — как видите… Мир почему-то не всегда движется так, как надо. Приходится его взнуздывать и направлять. — Он поморщился, вытащил флягу с чашкой и выпил очередную порцию молока. Уложив посуду обратно, он взглянул на Невилла-Смита, проверяющего оружие. — Предлагаю вам, рыцарь, заняться червем. Шансов мало, конечно, но это лучшее из того, что вам предназначено. Понимаю, что вы предпочли бы этого дракона-отступника, но червь представляет большую опасность.

— Его труднее сразить? — уточнил рыцарь.

— Его жизненно важные органы скрыты глубоко под панцирем, — объяснил Каролинус. — К тому же, будучи безмозглым, он продолжит сражаться даже после того, как получит смертельное ранение. Прежде всего срежьте ему глазные отростки, ослепите его, если сможете…

— Подождите! — внезапно воскликнул Джим. Все это время он прислушивался в полном замешательстве. Наконец он сумел выразить свои сомнения: — Что мы собираемся делать?

— Делать? — уставившись на него, сказал Каролинус. — Как — что? Сражаться конечно.

— Но… — с запинкой выговорил Джим, — может, лучше позвать кого-нибудь на помощь? То есть…