Часть вражеских кораблей, в основном, поврежденных, смогли настигнуть достаточно быстро и расстрелять, остальные смогли уйти, но это было для них лишь отсрочкой. Планета Новый Альтдорф, в окрестностях которой и была основная база швейцарского флота, стала третьей планетой, захваченной амстердамцами. Три орбитальные крепости, намного более слабые, чем уничтоженные у Цюриха, даже не оказали сопротивления, база тоже была захвачена. Часть кораблей попыталась оказать сопротивление и была уничтожена, часть снова бежала, и их не преследовали. Десант тоже не пытались обстреливать – воинственный дух швейцарцев после разгрома их флота был сломлен, и, похоже, окончательно. Все получилось даже легче, чем планировалось.

После этого оставалось аннексировать две оставшиеся планеты Новой Швейцарии, также сопротивления не оказавшие, поставить гарнизоны и собственные команды в орбитальные крепости – и можно было задуматься о дальнейшей экспансии. Тем более, что воодушевленные легкими победами и малыми потерями амстердамцы рвались в бой. Ставка на самостоятельные победы оправдалась.

Болгарское царство сопротивления не оказало. При таком разгромном соотношении сил это, в общем-то, удивления не вызвало. Конечно, это не добавило болгарам уважения, зато спасло от многочисленных эксцессов, сопровождающих любую войну. Соломина такой расклад вполне устраивал – во-первых, он получал не тронутые войной планеты, во-вторых, корабли, которые, хотя и были не в лучшем состоянии из-за отсутствия полноценного обслуживания (Болгарское царство просто не имело ни достаточных производственных мощностей, чтобы проводить его дома, ни денег, чтобы заказывать за рубежом), оказались вполне боеспособны. В-третьих, каюты экипажей и так уже ломились от трофеев. Брать их никто не запрещал, храбрость должна вознаграждаться, в том числе и таким образом, но перспективы того, что флот может превратиться в летающую барахолку, Соломина откровенно не радовали. К тому же еще со времен Саши Македонского известно, что чем больше добычи – тем ниже боеспособность армии. Ну, или флота – для Нового Амстердама, где армия и флот были единым организмом, формулировка была непринципиальна.

Хотя, когда Соломин, сопровождаемый старшими офицерами, русскими и амстердамскими, грань между которыми в этом походе быстро стерлась, прошелся по трофейному линкору «Фердинанд I», он только присвистнул в изумлении – на борту такого корабля ему бывать прежде не приходилось. Нигде в мире их не строили, причем давным-давно, а вот немцы, продавшие этот линкор Болгарскому царству, упорно занимались пустым, на первый взгляд, делом. Только вот пустым ли?