Оставив два линейных корабля и столько же транспортов с десантом осваивать трофеи, Соломин всей мощью своего флота обрушился на Большой Марсель. Два крейсера и шесть эсминцев, патрулирующие ближние окрестности планеты, – это, конечно, сила, но не в случае, когда на них прет целый линейный флот. Очевидно, тот, кто командовал этими кораблями, не сообразил, что происходит, а может, с базы просто не успели передать на планету информацию о силах атакующих. Добавьте к этому маскирующее поле линкоров – и можно легко представить лица французов, когда они обнаружили корабли Нового Амстердама. Ну а потом заговорили пушки, и восемь облаков космического мусора неторопливо поплыли в пространстве.

Куда более серьезным препятствием были четыре орбитальные крепости. Прочные и хорошо вооруженные, они встретили атакующих плотным огнем. Амстердамцы не остались в долгу. Линкоры сконцентрировали на крепостях огонь своих орудий, одновременно авианосцы выпустили массу ботов. Никаких особых тактических изысков – просто атака в лоб, сила на силу. Вполне оправданно, когда имеешь подавляющий перевес в огневой мощи. Главным было правильно распределить цели и выстроить вектор атаки таким образом, чтобы расковыривать крепости поодиночке. С учетом их паршивой маневренности на орбите – ничего сложного. Правда, надо было еще ухитриться не зацепить планету, но тут уж как повезет. На практике это обычно означает, что артиллеристы осторожничают, задавая данные прицеливания, и часть выстрелов уходит «в молоко», в сторону открытого космоса. Часть – это в смысле больше, чем обычно, – полностью избежать промахов не удавалось еще никому.

Так и пошло. Сосредоточенный залп эскадры – и первая крепость превращается в облако ионизированной плазмы. Второй залп – вторая крепость начинает разваливаться на куски. Третий залп – еще одна крепость прекращает огонь, и вертящиеся тут же на безопасном расстоянии боты подскакивают к ней и наносят «удар милосердия». С четвертой крепости начинают отделяться спасательные капсулы – очевидно, участь первых трех станций впечатлила ее защитников, и они, не желая умереть бесполезными героями, решили покинуть ставшую негостеприимной орбиту. Кто-то успел, кто-то нет, потому что ожидать, пока они закончат славную ретираду, никто не стал. Четвертый залп был дан несколько вразнобой – синхронизировать огонь целого флота довольно сложно, и не самый высокий уровень подготовки артиллеристов Нового Амстердама дал о себе знать, но это уже не играло роли. Под сосредоточенным огнем старых, но все еще мощных линкоров последняя линия обороны Большого Марселя перестала существовать.