— Согласитесь, это звучит не слишком привлекательно.

— Я говорю вам правду. Я не могу сказать вам ничего другого. Я — словно штык, который все время ищет ружье, к которому он мог бы примкнуть; и теперь я его нашел. Можете мне не доверять. Возьмите меня на испытательный срок в пять лет, в десять лет — на всю мою оставшуюся жизнь. Но не выгоняйте меня. — Ли повернулся и показал костистым пальцем на дверь позади него. — Все, что там, командир, для меня ад. Все, что здесь, — рай.

— Даже не знаю, — медленно сказал Донал. — Не знаю, хочется ли мне брать на себя такую ответственность.

— Никакой ответственности. — Глаза Ли сверкали, и Донал внезапно понял, что тот охвачен ужасом оттого, что ему могут отказать. — Только прикажите. Испытайте меня прямо сейчас. Прикажите мне спуститься вниз и залаять, как собака. Прикажите мне отрезать свою левую руку. Как только мне пришьют новую, я вернусь и сделаю все, что вы пожелаете. — В его руке внезапно снова появился нож, — Хотите?

— Уберите сейчас же! — бросил Донал. Нож исчез, — Ладно, я лично покупаю ваш контракт. Моя комната наверху, третья дверь направо. Идите туда и ждите меня.

Ли кивнул, без единого слова благодарности развернулся и ушел.

Донал мысленно встряхнулся, словно эмоциональное напряжение, висевшее в воздухе вокруг него последние несколько секунд, навалилось всей своей массой на его плечи. Он повернулся и пошел в библиотеку.

Когда он вошел, Эльвина стояла у широкого окна, глядя на океан. При звуке его шагов она быстро повернулась и пошла ему навстречу.

— Кто это был? — поинтересовалась она.

— Один из моих солдат с Гармонии, — ответил он, — Я взял его в качестве своего личного ординарца, — Он взглянул на нее, — Эв…

Тотчас же она слегка отпрянула от него.

— Да?

Он обнаружил, что ему с трудом удается подобрать подходящие слова.

— Эв, вы знаете, что я здесь уже достаточно долго, — начал он.

— Долго? — Она с легким удивлением повернулась к нему, — Четыре месяца? Они кажутся лишь часами.

— Возможно, — упрямо заявил он. — Но для меня это было долго. Так что, возможно, нет ничего плохого в том, что я ухожу.

— Уходите? — Ее карие глаза расширились. — Кто сказал, что вы уходите?

— Конечно я сам, — сказал он, — Но я подумал, что должен кое-что вам объяснить, прежде чем уйду. Вы мне очень понравились, Эв…

Однако она не дала ему договорить.

— Понравилась? — воскликнула она. — Еще бы! Да у меня минуты свободной не было из-за того, что я развлекала вас. Клянусь, я почти ничего не видела за пределами этого дома! Понравилась! Естественно, я должна была вам понравиться после всего того, что для вас сделала!