Ли исчез. Донал подошел и сел за столик в кабинке напротив Арделла и его бутылки.

— Привет. — Арделл поднял взгляд. Он был лишь чуть-чуть пьян — по его меркам. — Я надеялся, что мне удастся с вами поговорить.

— Почему вы не пришли ко мне в комнату? — спросил Донал.

— Не получилось, — Арделл снова наполнил свой бокал, поискал взглядом на столе еще один, но увидел лишь вазочку с местной разновидностью лилий. Он выбросил цветы на пол, наполнил вазочку и вежливо подал ее Доналу.

— Нет, спасибо, — отказался Донал.

— Все равно возьмите, — настаивал Арделл. — Мне не по себе, когда я пью с кем-то, кто не хочет пить, — Внезапно он посмотрел на Донала неожиданно трезвым и проницательным взглядом, — Он опять за свое.

— Уильям?

— Кто же еще? — Арделл выпил, — Но какие у него планы по поводу Блэйна? — Арделл покачал головой, — Ведь это человек с большой буквы. И ученый. Стоит любых двоих из нас. Не могу представить, чтобы ему удалось обвести Блэйна вокруг пальца, но тем не менее…

— К несчастью, — вздохнул Донал, — мы все ограничены в деловом отношении нашими контрактами. А Уильям ничем не связан и ведет дела просто блестяще.

— Но его иногда невозможно понять! — Арделл повертел бокал в руках. — Вот, к примеру, я. Зачем ему пытаться сломать меня? Но он пытается, — Он внезапно усмехнулся, — Я тут его, похоже, напугал.

— Да неужели? — спросил Донал. — И как же?

Арделл постучал по бутылке пальцем.

— Вот этим. Он боится, что я покончу с собой. Очевидно, ему этого не хочется.

— А вам? — тупо спросил Донал.

Арделл покачал головой.

— Не знаю. Смогу ли я сейчас бросить? Это продолжается уже пять лет. Я начал пить преднамеренно, назло ему — мне это даже не нравилось, как и вам. Теперь же — не знаю. Вот что я вам скажу: меня, конечно, можно вылечить. Но что я стану делать? Математика — прекрасная вещь. Прекрасная, как искусство. Такой я ее помню, но уже не уверен. Я ни в чем больше не уверен, — Он снова покачал головой, — Когда придет время расстаться с этим, — он снова показал на бутылку, — потребуется нечто, что значит для меня не меньше, а возможно, и больше. Не знаю, смогла бы стать для меня таковой работа…

— А как же Уильям? — спросил Донал.

— Да, — медленно сказал Арделл, — это верно. Ничего, когда-нибудь я узнаю, почему он сделал это со мной. Потом…

— Что ему, по-вашему, нужно? — спросил Донал, — Я имею в виду, вообще?

— Кто знает? — Арделл поднял руки. — Бизнес. Больше бизнеса. Контракты и еще контракты. Соглашения с каждым правительством, в каждой бочке затычка. Таков уж наш Уильям.