Галт снова затянулся трубкой.

— Не знаю, — мрачно произнес он. — У меня не больше информации о Уильяме, чем у вас, но вам не кажется, что вы слишком много на себя берете, когда речь заходит о нем?

— Откуда я могу знать? — криво улыбнувшись, заметил Донал. — Я так думаю об Уильяме, потому что, — он поколебался, — будь я на его месте, я бы поступал так, как, я подозреваю, поступает он, — Он сделал паузу. — Если Уильям окажется на нашей стороне, это может вынудить совещание надавить на Новую Землю, чтобы вернуть к власти прежнее правительство, не так ли?

— Ну… конечно.

— Что ж, — пожал плечами Донал, — что может быть лучше, если Уильям выступит с компромиссным предложением, которое в то же самое время переведет его в противоположный лагерь и замаскирует его истинные цели — как требует развитие ситуации?

— Да, я могу это понять, — медленно сказал Галт. — Но если так, то чего он может потребовать взамен?

Донал покачал головой:

— Не могу сказать. Не знаю.

На этой в достаточной степени незавершенной ноте их частная беседа завершилась, и Галт повел Донала знакомиться с некоторыми делегатами.

Встреча, как это обычно бывает, перешла в неформальное общение за коктейлем в номере, принадлежащем Проджекту Блэйну с Венеры. Донал с интересом наблюдал за этим крупным, спокойного вида белокурым мужчиной, внешне лишенным тех черт характера, которые приписывал ему Галт.

— Ну, что вы о нем думаете? — прошептал Галт, когда они отошли от Блэйна и его жены, направляясь к другим гостям.

— Выдающийся человек, — заметил Донал. — Но, думаю, вряд ли кому-либо стоит его бояться. — Он улыбнулся, увидев, как поднялись брови Галта. — Похоже, он слишком поглощен собственным мнением. Я считаю его вполне предсказуемым.

— В противоположность Уильяму? — тихо спросил Галт.

— В противоположность Уильяму, — согласился Донал. — Его нельзя назвать предсказуемым, по крайней мере не в такой степени.

За разговором они приблизились к Уильяму, который расположился в углу холла и беседовал с высокой стройной женщиной, сидевшей спиной к ним. Увидев Галта и Донала, Уильям перевел взгляд на них.

— О, маршал! — улыбнулся он. — Протектор!

Женщина повернулась, и Донал узнал Ани.

Если годы наложили отпечаток на внешность Донала, то еще в большей степени они изменили Ани. Теперь ей было двадцать с небольшим, и она производила впечатление вполне взрослой женщины. В ней начинала проявляться та редкая красота, которая лишь усиливается с возрастом и опытом и никогда не покидает женщину, даже в старости. Теперь она выглядела более женственной и более уравновешенной по сравнению с тем, какой Донал видел ее в последний раз. Взгляд ее зеленых глаз встретился со взглядом Донала.