Я покачал головой, хотя понимал, что он прав.

— Ваши сознательные действия оказались заблокированы, — продолжал Падма, — но скрытую энергию нельзя сдерживать долго. Когда вы потерпели поражение от Джэймтона, сила, которую вы приложили ко всей ситуации в целом, не исчезла. Она лишь сохранила свое воздействие на ход событий, передавшись другому индивидууму.

Я облизнул губы.

— И кто же этот индивидуум?

— Ян Грэйм.

Я изумленно уставился на него.

— Ян нашел трех убийц своего брата в номере отеля в Бловене, — продолжил Падма, — Он убил их собственными руками — и таким образом успокоил своих солдат, а также сорвал планы Голубого фронта. Но затем Ян подал в отставку и вернулся домой на Дорсай. Теперь им владеет то же чувство горечи и потери, каким были заряжены вы, когда прибыли на Сент-Мари.

Падма помедлил.

— Сейчас он обладает огромной способностью влиять на события. И как это отразится на модели будущего — пока неизвестно.

Он снова помедлил, наблюдая за мной своими необычными глазами.

— Видите, Там, — продолжил он через мгновение, — как люди вроде вас никак не могут уйти от воздействия на развитие событий? Я уже сказал вам, что вы можете только занять какую-либо сторону.

Его голос смягчился.

— Я должен напомнить вам, что вы по-прежнему заряжены — только теперь уже иной силой. Самопожертвование Джэймтона, пытавшегося спасти своих людей, изменило вас.

Эти слова были подобны удару кулака в живот — и удару сильному, вроде того, что я нанес Джэнолу Марату, когда бежал из штаба Кенси. И, несмотря на лившийся на нас солнечный свет, меня начало трясти.

Все именно так. Я не мог этого отрицать. Я насмехался над любой верой, составляя планы и раскручивая все так, как мне того хотелось. Джэймтон, отдав свою жизнь во имя веры, расплавил и изменил меня, как молния плавит и изменяет поднятый вверх клинок меча, когда внезапно ударяет в него.

— Это бесполезно, — произнес я, все еще дрожа, — Это ничего не меняет. Я недостаточно силен, чтобы что-то сделать. Все ушло на борьбу против Джэймтона, но он выиграл.

— Вы сражались все время против своей собственной натуры, одновременно сражаясь с ним, — произнес Падма. — Посмотрите на меня, Там.

Я взглянул на него, и его карие глаза притянули меня, как магнитом.

— Цель моего приезда сюда все еще не достигнута, — произнес он, — Помните, Там, как в офисе Марка Торре вы обвинили меня в гипнотическом воздействии?

Я кивнул.