Но поскольку другого пути в родные края у Дмитрия не было, то хочешь не хочешь, а пришлось идти через лес. Авось и не заинтересует одинокий путник лесных людей. Да только Бог рассудил по-своему. И вслед за заливистым свистом в землю перед Дмитрием впилась стрела.

Он замер. Из-за деревьев появились пятеро, а еще двое, которых ведун почувствовал, сидели в ветвях с натянутыми луками.

— Ты стой, мил человек, где стоишь, а мешочек свой брось нам, — произнес один из разбойников, с харлужным мечом у пояса и в такой же кольчуге. Сразу видно — главарь.

Дмитрий бросил свою котомку под ноги остановившимся в трех шагах от него бандитам. По кивку головы главного один из них поднял ее, развязал узелок и вытряхнул содержимое на дорогу.

— Да тут травы одни да рукописи какие-то, — разочарованно прогудел он.

— Эй, грамотей, отдавай, что там у тебя еще есть, и иди с миром. Отдай сам, а то если найдем, то намнем бока, — произнес главарь.

— У меня ничего нет. А в том, чтобы впятером намять бока одному, большой сноровки и чести нет. А один на один слабо? — ответил Дмитрий.

— Ха, умник выискался! Ладно, ребята, раз не хочет по-хорошему, будем по-плохому, — сказал главарь. И тут же в воздухе свистнуло сразу два аркана. Но Дмитрий уже «запустил маятник».

То, что случилось потом, нельзя было назвать боем. Уклонившийся от арканов Дмитрий стремительно сблизился с разбойниками, попутно отбив две и уклонившись от третьей пущенной в него стрелы. И… И словно все окружающее ополчилось против разбойников. Один из лучников, натягивая тетиву, ударился локтем о сучок и, потеряв равновесие, упал, ударился о ствол и повис в ветвях. Бросившийся на Дмитрия бандит поскользнулся на подвернувшейся под ногу шишке, упал головой на камень и затих. Двоих Дмитрий успокоил, казалось бы, легкими тычками. А еще одного сбил на землю, одновременно попав брошенным камнем в руку второго лучника. И пущенная стрела попала в задницу встающего бандита, а сам стрелок выронил лук.

Сердце главаря шайки успело ударить всего сорок раз, когда все было кончено. Четверо нападавших лежали на земле. Один из лучников повис в ветвях, а второй неуклюже слезал с дерева. Единственным, кто остался стоять на ногах, был главарь, лишившийся меча и ножа. Он единственный из всей банды оказался способен к осознанию и прямому общению сущностей прямо во время боя. И теперь стоял, ошеломленный открывшимся ему вдруг новым видением мира.

— Ну, чего встал, — обратился к нему Дмитрий. — Помогай теперь, будем у парня твоего стрелу вытаскивать. — И пошел к стонущему на земле разбойнику. Встряхнув головой и словно очнувшись, главарь пошел следом, даже не помышляя уже о том, чтобы попытаться причинить какой-то вред этому необычному страннику.