Дороти на миг задумалась.

— Если я сумею убедить вас, вы меня не поблагодарите.

— Знаю. Я видел выражение вашего лица минуту назад и… Оно напомнило мне одну ночь много лет назад. Ночь смерти матери. Если ваша скорбь столь же велика… Садитесь.

Она села.

— Скажите, что ужасного в том, что законы, охранявшие авторское право, будут приведены в соответствие с действительностью современной жизни? Обычно я стараюсь выслушивать обе стороны перед тем, как принять пожертвование, — но тут дело казалось настолько простым…

— Сенатор, этот законопроект — кошмарное бедствие для всех творческих людей на Земле и за ее пределами.

— О каком бедствии вы говорите?

— О самой тяжелой психической травме в истории человечества.

Он обвел ее пристальным взглядом и снова нахмурился.

— В ваших материалах нет и намека на подобную возможность.

— Это бы только ускорило потрясение. Сейчас даже в нашей организации лишь горстка людей знает правду. Я делюсь с вами, потому что вы попросили и потому что убеждена, что наш разговор никто не записывает, кроме вас. Готова поспорить, что вы сотрете запись.

— Ну-ну, — с сомнением произнес сенатор. — Дайте-ка я устроюсь поудобнее. — Он опустил спинку кресла и потер затекшие ноги. Его глаза были закрыты. — Продолжайте.

— Вы знаете, сколько лет искусству, сенатор?

— Я полагаю, оно ровесник человечества.

— Можно указать более конкретно; скажем, около пятнадцати с половиной тысяч лет. Таков возраст самого древнего произведения искусства, сохранившегося до наших дней, — наскальной живописи в пещере Ласко. Несомненно, люди пели, танцевали и слагали былины — но песни, танцы и былины оставались только в памяти. Наверное, именно сказители вслед за художниками научились сохранять свое искусство. Однако бесчисленные поколения пройдут с тех пор, прежде чем найдется надежный способ нотной записи. И лишь в последние столетия нашли способы хоть как-то запечатлеть свое мастерство танцоры.

Появилась письменность. Человеческая память, хранившая события нескольких предыдущих поколений, стала регистрировать все. Но поддержание всеобъемлющей памяти требовало громадных усилий, а дикари, войны и стихийные бедствия легко уничтожали рукописные документы. Очевидным решением был печатный пресс — возможность размножить такое количество экземпляров, чтобы хоть некоторые пережили любую катастрофу.

Но вместе с печатным прессом родилась новая идея. Искусство внезапно вышло на массовый рынок и стало приносить доход. Писатели решили, что право копировать их работу должно принадлежать им.

За последние сто пятьдесят лет произошли крупные качественные перемены в технике записи. Зрительная: фотография, кинематограф, ксерокс, голография. Звуковая: высококачественная многоканальная со звукоснимателями всяческих видов, вплоть до лазерных. Потом появились компьютеры — последнее слово в хранении информации. И каждый метод порождал новые формы искусства.