XXXI
— Тоно, — произнес ординарец, склоняясь к самому уху Теодора Куриты так, чтобы Координатор услышал его тихие слова. Рев толпы сливался с грохотом, который производили проходившие мимо трибун боевые роботы Седьмого полка милиции имперской столицы, ветераны уличных боев против Клана Кошек Новой звезды. — В Эйга-тоси возникли небольшие беспорядки. Прохождение Семнадцатого диверсионно-разведывательного полка придется несколько отложить.
Стоявший с другой стороны Сигеру Йошида, услышав слова ординарца, усмехнулся. В этот торжественный день ему хотелось за штурвалом своего «Циклопа» возглавлять шествие элитного Первого полка «Меч света», командиром которого он по-прежнему оставался. Требования официального протокола заставили его в качестве главного военного министра пассивно стоять на трибунах, чем Йошида был заметно недоволен.
— Непоседливые йохей снова мутят воду, — заметил он. — По-моему, от них больше вреда, чем пользы. Напрасно вы пригласили их.
Дядя Чанди уютно развалился среди шелковых подушек — под предлогом обострения артрита он уклонился от необходимости провести на ногах весь день, как того требовал протокол. Кузен Координатора установил зонтик, защищающий его от лучей весеннего солнца, припекающего даже в этот ранний час, подальше от Теодора, его ординарца и Йошиды. Рядом с толстяком находились две поразительно красивые молодые женщины — как он поклялся, его личные телохранительницы, — готовые по первому слову выполнить любое его желание. На женщинах была изящная, серая с золотым шитьем форма. Почему-то Теодора не покидали сомнения, что красавицы бесконечно далеки от всего, связанного с оружием.
— Дружище Йошида, — лениво промолвил Дядя Чанди, потягивая холодный ромовый пунш, — мои преданные воины из Юго-Западных миров редко сами затевают беспорядки. Зато, на мой взгляд, они их весьма успешно прекращают.
Неодобрительно фыркнув, Йошида вскинул голову выше. К кузену Координатора он относился с еще большим презрением, чем к иностранным наемникам. Единственное исключение военный министр делал для Волчьих Драгун, и то лишь потому, что их боевые роботы сражались бок о бок рядом с машинами его полка, спасая Черную Жемчужину от нашествия Кланов.
Теодор обвел взглядом трибуну, возведенную на западном краю обширной площади Единства. Трибуна вплотную примыкала к высокой восточной стене дворца; по обоим бокам стояли часовыми боевые роботы Отомо. Ее размеры были относительно скромными — здесь находились лишь несколько сот человек из огромного столпотворения, участвующего в празднествах: члены императорского двора, высокопоставленные чиновники, прочие влиятельные люди. Среди последних, к огромному недовольству Теодора, присутствовал и Инагава, могущественный… ах да, простите, промышленник. Хорошо хоть его дружка, сморщенного тощего пресмыкающегося Тоямы, нигде не видно.