Он только не понял, почему кадры, за которых договаривался бизнесмен из второго круга, должны подтянуться так быстро. Путь от владений Ахмедова занимал сутки, а то и двое, и это еще с учетом того, что больше половины дороги по первому кругу пролегает. Двадцать с лихвой километров по Зоне – это вам не хухры-мухры. Ну, наверное, эти проплаченные «ушельцы» где-то недалеко болтались, а не в секторе Руслана. Добрались ведь за считаные часы.

Младший офицер и двое солдат подполковника вышли навстречу приближающейся машине и застыли в ожидании. Странная, действительно, «тачка» (у нее что, колес нет?!) остановилась, из нее выбрались трое, чтобы патрульные провели формальную, но в данном контексте совсем не нужную процедуру. Лейтенант и солдатики обыскали сталкеров. Не найдя ничего стоящего их внимания, лейтеха дал знать командиру, державшемуся поодаль, в компании еще двух своих подчиненных, сержанта и капитана.

…Скаут, поняв, что пора отваливать, тихо, чтобы услышали его только спутники, пожелал:

– Удачи вам там, на Земле…

Вернулся в салон, развернулся и направил машину обратно, держа курс в глубь Зоны. С этой точки тропы сталкеров разошлись – раз и навсегда.

…Парочку типов, уходящих за периметр, подвели к подполковнику.

– Ну чё, ребятки. Идемте, коль не шутите, – сказал Чурков, задумчиво проводив взглядом странный транспорт, похожий на микроавтобус, поставленный на санные полозья. Надо бы доложить по инстанции, колебался подполковник, но как доложишь, переход же нелегальный… вот и думай, как быть!..

Двое брели молча, окруженные армейскими. Двигались сталкеры вяло, как-то неестественно, будто загипнотизированные, деревянно переставляя ноги. Так всегда с теми, кто долго пробыл в глубине Трота. У границы ненормальная энергетика Зоны ощущается уже совсем слабо, а сталкеры в течение длительного пребывания напитываются ею «выше бровей», и сейчас, когда влияние ослабевало, подсевшие на внеземную природу люди чувствовали себя совсем неважно.

Это пройдет. Должно пройти, во всяком случае. У кого-то через полчаса, у кого-то через день, у кого-то через месяц. Случалось, у кого-то не проходило дольше, и такой бывший сталкер либо возвращался, либо сдыхал без паранормальной подпитки.

Периметр представлял собой массивную железобетонную заливку. Не забор, а вал фактически. Внешняя окружность Трота в диаметре почти сто кэмэ, значит, длина окружности триста с лишком. Больше трехсот километров полноценной контрольно-следовой полосы, с внешней стороны примыкающей к трехсоткилометровому же бетонному валу пятиметровой высоты и почти такой же толщины. Поверху вала тянулись рельсы, по которым когда-то разъезжали электродрезины. В эпоху СССР уйму средств потратили и нагородили массивную махину. Советские начальники, похоже, надеялись сдержать инопланетную хрень, если она из Зоны наружу ломанется…