— Уже, уже, — ответила Средняя. — Хорош дрыхнуть. Примай караул.

— Сейча-ас… — Правая голова зевнула, потянулась и, открыв глаза, с недоумением уставилась на человека. Затем поспешно толкнула уже уснувшую Среднюю.

— Ну что там еще? — недовольно пробормотала та.

— А… э… вроде как мужик… — неуверенно сказала Правая. Когтистый палец указал на конника, который трясущимися руками пытался наложить стрелу на тетиву. — Откуда он взялся?

— Что? Где? — Средняя открыла-таки глаза. — Это ты зачем палец? Ах, это… Это сон.

— Сон?! Чей?

— Ну, мой. И вообще отстань, я спать хочу.

В этот момент стрела стукнулась о грудь Горыныча, отскочила и упала на траву. Хмель окончательно вылетел из Правой головы.

— Подъем!!! — взревела она.

Левая голова резко вскинулась и возмущенно зашипела, треснувшись макушкой в потолок пещеры.

— Что, гроза?! — спросонья заметалась она.

— Хуже… Вон, гляди.

Увешанный железяками детина к тому времени уже спрыгнул на землю, схватил копье и, прикрываясь круглым деревянным щитом, стал приближаться, выкрикивая всякие междометия. Змей испуганно попятился и замахал обеими лапами.

— Мужик! Эй, мужик, ты чё, малость того, а? — Левая голова хотела покрутить пальцем у виска, но в суматохе попала себе в глаз и охнула от боли.

— Чё надо-то? — визгливо крикнула Правая. В минуты волнения она обычно непроизвольно переходила на фальцет.

Человек остановился, осторожно высунул из-за щита бородатую физиономию и, выставив вперед для верности копье, спросил:

— Змей?

— Ну Змей, — согласилась Средняя голова. — А что?

— А где бабуля?

— Я за нее.