Тело Луки лежало недалеко от кровати Тайрата. В своих руках он сжимал утреннее платье императора, которое приносил ему каждый день.

Похоронили Луку в тот же вечер. После сожжения, его прах по приказу Хантаго был развеян там же где и прах его отца. Хантаго не хотел разлучать их даже после смерти.

Спустя три дня Хантаго объявил начало гуляний в честь окончания войны. Его народу, настрадавшемуся за последний год, требовалось хотя бы чуть— чуть радости.

Весь город был украшен разноцветными флагами. Повсюду на улицах играли музыканты. Таулос, впервые за последний год ожил, и его жители стали смеяться так, словно и не было этого тяжёлого времени. Люди гуляли по улицам, веселились и пели. Очень быстро праздник стал по-настоящему массовым, продолжавшимся с раннего утра и до следующего рассвета. Когда одни жители уставали и уходили спать, на их место приходили другие и гуляния продолжались. Давно уже город не видел ничего подобного.

В двадцать четвертый день месяца коротких ночей император Хантаго собрал во дворце всех своих друзей. К сожалению, их было не так много, как раньше. Они расположились в большом зале дворца на удобных диванах, наслаждаясь беседой и дуновениями свежего ветерка, проникающего через открытые настежь окна. Хантаго, стоя у окна, смотрел наружу. В это время года из окна открывался чудесный вид на сад, в котором любил гулять его отец.

— Жаль, что с нами нет сейчас князя Митца, — произнес Моши, обращаясь к Хантаго. — Когда он собирался навестить нас?

— В конце лета, — ответил Хантаго, возвращаясь на место и беря в руки бокал.

— А я сожалею, что больше никогда не увижу князя Дапта и У-Фаса, — с грустью произнес Локаи, подняв свой бокал и предлагая выпить за погибших друзей.

— А также за генералов Валиса и Муна, — продолжил Агот, присоединяясь к Локаи.

— И за тысячи других, не менее отважных воинов, — завершил фразу Сенгтай.

В наступившей тишине они осушили свои бокалы, а затем вновь наполнили их.

— Какое счастье, что все это позади! — задумчиво произнес Сафар.

— Да, это великое счастье, — согласился император.

— А что будет дальше? — неожиданно спросил Агот. — Как теперь мы будем жить?

— Пожалуй, так же, как и до войны, — улыбнувшись, ответил ему Инкаон. — Разве изменился мир с тех пор?

— Мир не изменился, но люди изменились, — ответил ему Пай, — война меняет людей, и для многих из них уже нет пути обратно.

— Это верно, — согласился Моши, — очень тяжело пережить трудные времена. Но те, кто остался жив, никогда уже не смогут забыть их и вернуться к нормальной жизни.