Сквозь шум мотора снизу послышались выстрелы. Тли подо мной разлетелись, и глазам предстала зловещая картина: Мира, прижавшись спиной к стене, один за другим выстреливала оставшиеся патроны в гигантское насекомое, стоящее на четырех лапах, а верхней парой прижимающее к своей мерзкой головогруди висящего вниз головой Шишигу, у которого уже нет одной ноги.

– Ми-и-ир-а-а-а!!! – закричал я, утрачивая контроль над руками. Вертолет качнуло в сторону, я едва не врезался в стену.

– Мира! Хватайся за невод! – орал я, силясь совладать с управлением. – Мира! Его не спасти!

Я поднялся выше и на несколько секунд остановил вертолет, пытаясь собраться. Мне надо было унять дрожь и опустить невод на уровень человеческого роста. Я был уверен, что это конец. Стекло на потолке и впереди испачкала жижа, руки отказывались слушаться, пот заливал глаза. Даже если я смогу спуститься, Мира не добежит до невода. Ее сожрут твари, либо она не сможет оставить гибнущего брата. Успела мелькнуть мысль, что, если Мира все-таки добежит до невода, то мы с ней потеряем друг друга: вцепившись в сеть с потомством, она перенесется в другой пласт, но это будет ее спасением.

Крылья стеной мелькали со всех сторон. Среди них иногда я замечал фрагменты брюх и даже гадкие мертвые лики с пустыми глазницами. Вдруг вертолет сильно качнуло, а в следующий миг он накренился, я выжал рычаг и поднялся выше, и вновь какая-то из тлей разлетелась на клочки, а вертолет вернулся в нормальное положение.

– Мира! – крикнул я изо всех сил и, наклонившись, попытался увидеть, что происходит внизу. Рой насекомых заслонял видимость. Я подбросил и опустил вертолет несколько раз, пока подо мной не образовалась временная прореха. Там, у стены, лежали три туши хронокеров, рядом в неестественной позе – изуродованное тело Шишиги, и все вокруг забрызгано его кровью. Миры не было. Тут же прореха закрылась. Вертолет снова сильно качнуло. Я выжал рычаг и бросил его вперед, вдоль стены дома. У меня не было надежды. Я не знал, кричу ли я, бегут ли у меня из глаз слезы, правильный ли я выбрал путь. Кто-то во мне, олицетворяющий ненависть к пришельцам, хотел довести операцию до конца, хоть и не было больше шансов.

Я мчался вперед, набирая скорость, сквозь рой хронокеров. Лобовое стекло было полностью вымазано их отвратительной кровью, и я видел путь лишь сквозь мелкие просветы и глядя по сторонам.

Наконец я осознал, что выкрикиваю страшные ругательства, перемежая их жутким воем. Мне не было известно, живо ли еще потомство, и я не верил в то, что сам смогу спастись. Сжав до немоты зубы, я лопастями пробивал себе дорогу сквозь неисчислимое полчище тлей, а оно не хотело редеть. Мне хотелось их убивать, но я не мог оставить рычаги, чтобы перезарядить «скорпион». Тогда я бросил вертолет вниз, намереваясь размазать потомство по асфальту, и в этот миг увидел место, где Мира с Романом оставили грузовик. Машины не было.