— Там я, просто я и никто более, — ответила Альсс. — У меня нет ни чужих глаз, ни чужих рук, ни прочих странных органов и конечностей. Есть я, и есть истребитель, и всё на своих местах.

— Ладно, прости, не подумал, — я легонько погладил Альсс по спине. — Пойдем, я тебя провожу в «Три пескаря», лучшим лекарством будет хороший перекус. Посидим, поболтаем.

Практически все время полета к Надежде мы уделили заброшенным тренировкам. Тренировались во владении симбиотами, устраивали бои на симуляторах. В общем, Светлана заставила нас серьезно отнестись к вопросу поддержания нужной формы и наработки навыков. Иногда Альсс принимала участие в наших физических упражнениях, смотрела на поединки, в которых чаще победителем выходил Саныч за счет «грубой силы» своих симбов. Мне все больше и больше казалось, что ей не хватает общества своих соотечественников. Мы посильно старались развлечь ее, играли во всякие логические и азартные игры, где победителем, как правило, был я. Альсс очень понравились игральные карты. В свою очередь она научила нас некоторым играм уларсу, правда не могу сказать, что они мне очень понравились. Всякое безделье рано или поздно подходит к концу. Пришло время набросать планы контакта с уларсу на Надежде и поисков потенциальных источников информации о местоположении Содружества, какими могли быть «благородные пираты», совершающие налеты на колонистов Надежды. В силу некоторых причин заседания мы проводили без Альсс. В силу слишком уж не полной информации наметить удалось лишь общие направления действия, все остальное было решено уточнить на месте, исходя из обстановки.

*****

Судьба решила не томить нас и дать возможность влиться в активную струю жизни практически сразу по приходу в систему Надежды, как назвала ее Светлана. Вынырнув из многомерности, нам практически сразу пришлось натянуть максимальную маскировку. У самой дальней от светила планеты шел бой. С одной стороны участвовали два корабля размерами чуть больше «Ботаника» по классификации КСС, что-то вроде эсминцев. На другой стороне были четыре довольно больших корабля, размерами, пожалуй, близкие к легким крейсерам. Как ни странно, но преимущество в скорости, в маневренности, да и в огневой мощи было на стороне «эсминцев». Общая огневая мощь противников оказалась практически одинаковой, но вот в отличие от «эсминцев», «легкие крейсера» не имели щитов. Их спасало только удачное построение. «Эсминцы» пытались найти дырку в обороне, натыкаясь на приличный заградительный огонь «легких крейсеров». Тем не менее, нападали именно «эсминцы». Похоже, рано или поздно они могли найти щель в обороне «крейсеров». А, выведя из боя хотя бы один из них, стали бы полными хозяевами положения. Оценив обстановку, мы решили, что это шанс завязать отношения с нужной стороной. Партию «эсминцев», по-видимому, играли пираты. Как и положено, эти ребята могли воспринять только язык силы. Добив «крейсера», мы вряд ли заслужили бы расположение лихих «людишек», став для них просто еще одним препятствием на пути к добыче. Да и помогать пиратам было противно, познакомившись с уларсу, лично я стал питать к ним некоторую слабость. Оставался второй вариант, помочь уларсу, которые к тому моменту ясно определились, как владельцы «крейсеров» своими трескучими переговорами. По всему судя, времени на принятие решения у нас оставалось не так уж и много, так как два из «крейсеров» выглядели уже не самым лучшим образом. Пираты же продолжали свои наскоки с прежней прытью. Не снимая экрана невидимости, мы пошли на сближение. Чтобы грамотно влиться в происходящее противостояние на стороне «крейсеров», «Ботнику» было бы удобнее всего занять место на четыре часа от основного курса дружественных кораблей и поджидать неосторожного маневра пиратов. Подловив пиратов на выходе из маневра, мы имели наибольшие шансы закончить дело одним огневым контактом, да и шансы получить шальной заряд «дружественного огня» там были минимальными.