— Что было в ракетах? — спросил я.

— Ракеты оборонительного комплекса, ты же сказал, что нам не нужен пустой орех, — ответил Саныч. — Плазменные заряды.

— Силен и находчив, товарищ стрелок… — похвалил я.

— Простой вариант, он же нас не ждал, — ответил Саныч.

Второй «эсминец», увидев гибель товарища, видимо, не понял, что произошло. Судя по маневру, он решил добить изувеченный «крейсер» или же отвлечь внимание от подбитого собрата и лёг на боевой курс.

— Сбрось невидимость, — скомандовал я Светлане. — Нужно его отвлечь на себя, возможно, его не получится так удачно разделать. Но дать ему добить нашего союзника никак нельзя, тогда и информацию не получим.

«Ботаник», сбросив невидимость, направился на перехват пирата. Нас заметили. Пират, бросив первоначальную цель, шустро начал маневр уклонения. Судя по его траектории, он собирался дать залп по поврежденному товарищу и уйти. Может, я ошибался, а может, в договоренность пиратов входило такое условие. В любом случае меня это не устраивало. Я добавили ускорения, сведя потуги пирата к нулю. Пират все быстро понял и дал залп из всего бортового вооружения в нашу сторону, выпустив три ракеты в сторону товарища. Я довольно легко ушел практически от всего ассортимента адского огня, лишь два лазерных импульса вскользь лизнули наши щиты. Мы с Санычем не стали отвечать. Резко сменив траекторию, «Ботаник» стал быстро сокращать дистанцию с подбитым пиратом. Пока орудия уцелевшего пирата перезаряжались, мы успели перехватить все три ракеты, получив с борта поврежденного «эсминца» веер беспорядочных импульсов каких-то мелких калибров.

Уцелевший пират все же решил попытать счастья еще раз, начав новый заход для атаки нашего корабля.

— Будем ломать комедию? — спросил Саныч. — Дистанция большая, вряд ли он будет сближаться, а на таком отдалении мы тут до обрастания мхом будем кувыркаться, посыпая друг друга пудрой в виде лазерных импульсов.

— Может, отстреляется и свалит? — предположил я. — Союзнички наши пока никак не реагируют, пытаясь экстренно свалить подальше с подбитым товарищем, но могут, ведь, и передумать.

— Ты сам-то в это веришь? — уточнил Саныч ехидно. — Они, кажется, для себя уже все решили. Увидели, что одни плохие парни сцепились с другими такими же, и решили под шумок лихо слинять.

— Есть предложения? — вынужден был согласиться я.

— Давай по-пацански лобовую атаку ему обеспечим, — предложил Саныч. — Мне кажется, что этот пряник излишне расслабился на здешней малине и пока не получит по самые помидоры будет пребывать в непонятных уверенностях в своей непобедимости. Ты-то сможешь его подловить, чтобы у него кроме как жесткого клинча вариантов не осталось?