– Внимание всем! План меняется! Не думаем о Ковчеге, просто смотрим на проекцию и стараемся прогнать все мысли. И особенно про искомый объект!

– Паша, что еще за новый прикол?

– Расслабься, Саныч. Хочу попробовать кое-что из психотренинга. Тебе это должно быть знакомо.

– Думаешь, сработает? Олег?

– Пусть пробует, хуже не будет.

– Ни о чем не думаем! Особенно о Ковчеге! Стараемся максимально расслабиться. Дышим глубоко и медленно. Вдо-о-ох! Вы-ы-ы-ыдох!.. Вдо-о-ох! Вы-ы-ы-ыдох!.. Не думаем, ни о чем не думаем. О Ковчеге тоже…

Продолжая вслух задавать ритм, я попытался сбросить напряжение и очистить разум от мыслей – как когда-то давно, когда полковник Чен только начал посвящать меня в секреты восточных медитативных практик. Однако, как и следовало ожидать, ничего не получилось – в голову упорно лез тот самый Ковчег, хоть я всеми силами и убеждал самого себя, что он мне неинтересен. Ну вот пофиг совершенно, где эта хреновина торчит. Пускай себе торчит, мне от этого ни жарко ни холодно. Каменюка чертова. Или не каменюка? Кстати, а как я вообще его себе представляю? На что он вообще похож? Бесформенная скала? Или нечто вовсе неописуемое, типа тех катеров на Находке? Большое или маленькое? Почему, кстати, я двумястами метрами ограничил нижний предел, когда сканер настраивал? Все-таки это должна быть очень большая штука, как минимум не меньше «Великолепного». Ковчег все-таки, а не банальный рейдер…

– Паша, блин! Ты издеваешься?! Я теперь только о нем и думаю!..

Ага, Галя не вытерпела. Первая, как говорится, ласточка. Кто следующий? Пожалуй, поставлю на Тарасова. Тот уж точно в выражениях стесняться не будет. Ох и достанется же инопланетчикам с их долбаным Ковчегом! И поделом, между прочим!

– Пашка, гад!

Ну что я говорил? Стоп, а это что?.. Оставив без внимания цветистую метафору, которой майор наградил меня заодно с объектом, я принялся шарить взглядом по «юле» и вскоре с удивлением осознал, что одна область отличается от соседних интенсивностью свечения. Не откладывая дело в долгий ящик, увеличил подозрительный сектор. Изображение скачком приблизилось, снова став равномерно ярким, но уже буквально через пару мгновений я и здесь локализовал чуть более насыщенный участок. Повторив операцию еще трижды и достигнув предела разрешающей способности сканера, я зафиксировал координаты и облегченно выдохнул:

– Сработало!

– Паша, ты уверен?

– Да, патрон. А вы разве ничего не видите?

Все, кроме Денисова, дали отрицательный ответ. Егерь просто промолчал – что, как показывает практика, уже хорошо.