– Спасибо, – смущенно пробормотала Лигда. Парень на мгновение вынырнул откуда-то изнутри, улыбнулся и тут же опять ушел в себя.

Они дошли до большого здания, к которому примыкал огромный открытый спортивный городок с массой тренажеров, большую часть из которых они никогда раньше не встречали, бассейном и площадками для командных игр, и поднялись на второй этаж.

– Вот ваши кельи, – сказал Витязь Марат, – в шкафу висит форма. Можете переодеться и разложить вещи.

– Вещи? – они удивленно переглянулись. Витязь улыбнулся и понимающе кивнул.

– Вы ничего не взяли с собой. Думали, что и здесь вам придется, как и на Игил Лайме… огнем отгораживаться от прошлой жизни. Нет, здесь у нас не так. Там ваши вещи были соблазном, веревкой, за которую Лукавый мог бы легко выдернуть вас в прошлую жизнь. Сюда же вы пришли, точно зная, зачем вы здесь и что вам предстоит. Так что если вам что-то нужно, отправляйтесь на склад, он в подвале Главного корпуса, у которого я вас и встретил, и возьмите там то, что посчитаете нужным.

– Скажите, Учитель, – начал Пэрис, – а…

– Пока еще нет, – прервал его Витязь Марат. Пэрис недоуменно замолчал, и Витязь пояснил:

– Учитель – слишком высокое звание. И я пока еще не заслужил право на то, чтобы вы именовали меня так. Так что обращайся ко мне просто Витязь или по имени.

Пэрис понимающе кивнул.

– Понятно. Витязь, я хотел спросить, на что мы имеем право в этом монастыре?

– На все, – спокойно ответил Марат, – кроме того, что я запрещу.

Они переглянулись. Да уж, насколько далеко они ушли от «вам будет запрещено все, что не будет прямо разрешено мной или другим вашим наставником». А впрочем, все понятно. Если ты до сих пор не научился отличать верное от неверного или хотя бы спрашивать, если это различие для тебя почему-то не очевидно, то о каком Пути Воина может идти речь?

– А где мы можем узнать расписание занятий? – спросила Лигда.

– У меня. Я буду учить вас так, как посчитаю нужным, и никакого особенного расписания занятий не будет. Вы будете заниматься всегда и везде. Со мной и другими наставниками либо одни. Здесь, в кельях, по дороге в классы и спортгородки или в Храме. Утром, днем, вечером, ночью. За завтраком, обедом и ужином. Ибо таковой теперь будет вся ваша жизнь.

Так оно и оказалось…

Однажды вечером, когда они сидели внизу, в мастерской, занимаясь ремонтом изрядно потрепанных нагрузочных костюмов, Ирайр, как раз закончивший разбираться с воротниковой застежкой, поднял голову и, поймав взгляд наставника, который находился здесь же, внезапно спросил:

– Витязь, а как все происходит?