— В конце этого коридора я нашёл каюту, в которой нет ничего, кроме нескольких шкафов со всякой ерундой. Я предлагаю перейти туда и спрятаться. Хотя бы на то время, пока судно не начнёт снова двигаться.

— Идёмте, — решительно кивнул Альказ, одним движением оказываясь на ногах.

С сотней предосторожностей перебравшись в подсобное помещение, ксеносы быстро переложили всё хранившиеся в двух железных шкафах вещи и, обеспечив себе укрытие, устроились у двери. По молчаливой договорённости, они решили отслеживать любое передвижение мягкотелых по кораблю. Сам Альказ, после рассказа верховного, вполне допускал предательство изгоя.

Тяжёлые шаги десятка людей гулко раздались по стальным плитам палубы. Настороженно переглянувшись, ксеносы дружно прильнули к щели, оставленной между дверью и переборкой. Несколько человек в разукрашенной форме, проходя по коридору, то и дело задавали вопросы капитану судна. Ткнув пальцем в дверь их каюты, чиновник спросил:

— Что здесь?

— Каюта моего помощника, — быстро ответил пират. — Изволите взглянуть?

— Не стоит, — поморщился чиновник и неспешно двинулся дальше. Дойдя до двери, за которой прятались ксеносы, он ткнул пальцем в косяк и, повернувшись к пирату, повторил вопрос:

— Что здесь?

— Боцманское помещение. Грязное бельё, спецодежда ремонтной бригады и прочие мелочи, — быстро пояснил изгой. — Корабль большой, приходится отводить помещения под подобные нужды на каждом ярусе. Открыть?

— Не надо, — покачал головой чиновник, презрительно скривившись.

Максвелл понимающе кивнул. Нюхать вонь грязного белья и замызганной спецодежды было мало приятного. Таможенник важно проследовал дальше, а техножрец, бесшумно выбравшись из своего укрытия, тихо рассмеялся:

— Похоже, я слишком увлёкся.

— Зато теперь у нас есть хоть какое-то подобие уверенности в его лояльности, — ответил Альказ, выбираясь из шкафа.

— Что будем делать? — спросил верховный.

— Я предлагаю подождать, пока корабль снова не начнёт двигаться, и только потом вернуться в нашу каюту, — ответил Альказ.

— Согласен, — помолчав, кивнул верховный.

— И ещё. Могу я попросить вас никому и никогда не рассказывать о том, как мы прятались от мягкотелых? — осторожно произнёс ксеноброн.

— И не собирался, — ответил верховный с усмешкой в голосе. — Немного чести скрываться среди грязного тряпья.

— Вот и я о том же, — вздохнул Альказ, устраиваясь прямо на полу.

Теперь им оставалось только ждать и надеяться, что изгой сохранит свою лояльность к ним и дальше.